Адрес редакции:
650000, г. Кемерово,
Советский проспект, 40.
ГУК КО "Кузбасский центр искусств"
Телефон: (3842) 36-85-14
e-mail: Этот адрес электронной почты защищен от спам-ботов. У вас должен быть включен JavaScript для просмотра.

Журнал писателей России "Огни КУзбасса" выходит благодаря поддержке Администрации Кемеровской области, Администрации города Кемерово,
ЗАО "Стройсервис",
ОАО "Кемсоцинбанк"

и издательства «Кузбассвузиздат»


Фронтовая почта

Рейтинг:   / 1
ПлохоОтлично 

Содержание материала

Николай Черкасов

* * *

Умирать никому не охота,
Если даже и жизнь тяжела.
Взять к примеру хотя бы пехоту,
Что войну на плечах пронесла.
Месяцами под небом открытым,
На снегу, под дождем, на ветру,
Ледяною водою омытый,
Нес солдат непосильный свой труд.
Прижимаясь горячею грудью
Землю горькую он обнимал
За нее и за жизнь вашу, люди!
В беспощадных боях воевал!
По лесистым долинам, болотам,
Пробиваясь тылами врага,
По-мужицки, то с богом, то с чертом
Он упрямо к победе шагал.
Шел усталость свою побеждая
Он по несколько суток подряд.
Из чего он был сделан? Не знаю.
Этот русский пехотный солдат.
И я видел не раз как в атаках
Под неистовым шквальным огнем,
Окровавленная плащ-палатка
Развевалась, как знамя, на нем.
И случалось, сраженный он падал,
Оросив землю кровью своей,
И обняв её жаждущим взглядом,
Становился частицею в ней.
Когда тяжко и грустно бывает,
В жизни трудным безжалостным днем,
Жить, бороться с бедой помогает
Мне священная память о нем.

* * *

Белеет пенясь яблоневый цвет,
Весна в садах отечества гуляет.
Прошло уже не мало мирных лет
Но память о друзьях не угасает.
В который раз я говорю о том,
Что запекалось на сердце моем  раной.
И не забудется ни нынче, ни потом
Крутое время молодости бранной.
За каждою околицей села,
Что довелось нам на войне протопать,
Святая наша Родина была,
Вся в запахах полыни и укропа.
Мы отдавали жизнь и кровь свою
За пядь земли нам дорогой и близкой
И многие из нас, погибшие в бою,
Стоят на ней в колонах обелисков.

* * *

Называли священною
Мы войну в те года.
В основном не крещённые
Сами были тогда.
Когда худо случалося
Вспоминали Христа,
Хотя как пологалося
Не носили креста.
Но российские матери
С верой в Бога в глазах
У церковной у паперти
Собирались в слезах.
И просили у Господа
Уберечь сыновей
От войны адской грохота
И от ран и смертей,
На могилах всё звёзды и
Нет крестов там святых.
Канонады лишь грозные
Салютуют для них.
Но священной явилася
Для солдат та война –
За них слёзно молилася
В те года вся страна.

Иван Рудов

Иван Михайлович Рудов -  художник, член клуба «Творчество».

В годы войны - сапер, командир танка, прошедший с боями от Днепра до немецкой реки Шпрее. Он за свою храбрость был отмечен боевыми наградами. Война круто изменила судьбу молодого поколения 40- х годов. Мечты о светлой жизни, мирном труде заслонили будни фронта и тыла. И среди тех, кто принял на себя право и обязанность защищать Родину, был и Иван Рудов.

После войны окончил Горьковское военное училище. В 1955 году демобилизован в звании капитана. Потом началась гражданская жизнь. Но военная тема занимает в его творчестве большое значение.

В мирное время наиболее полно раскрылись грани его незаурядного таланта.

Немало его живописных полотен и стихов посвящено тем, с кем вместе были пройдены нелегкие дороги Великой Отечественно войны.


В. А. Селиванов

Еще не вечер
Кто сказал, что кончен бал,
И погасли свечи?
Я еще не начинал
Свой последний вечер.

Я еще не спел свою
 Песню соловьиную,
Я пока еще в бою
За дорогу длинную.

Я еще пройду по ней
 Босыми ногами,
Средь берез и тополей
Вешними лугами.

Я хочу увидеть свет
В сказочном тоннеле...
Шёл к нему я много лет
В боевой шинели.

Кто сказал, что кончен бал,
И погасли свечи?
Я еще не начинал
Свой последний вечер.

И хотел я выразить
Этими  стихами,
Что хочу еще пожить
На земле с друзьями.

01.10.2002 г.
г. Кемерово


Михаил Плотников

Махра

Немецкая бумага,
Советская махра,
Курили их солдаты
И грелись у костра.
Дождливая погода,
Тяжелая пора.
Почти четыре года
И каждый день война.
Война и днем и ночью
С захватчиком-врагом.
И даже, между прочим,
С бессонницей и сном.
Война за тех, кто ранен,
Воина за тех, кто жив,
За тех, кто взят в Германию
И кто в земле лежит.
Немецкая газета,
Советская махра.
Курил мы под ветром,
Сушились у костра.
И в диски набивали
Спрессованный свинец.
Не думали, а знали:
Придет войне конец.
Придет конец проклятой,
Придет победы час.
Прокуренных, счастливых
Обнимите вы нас.
1999 г.

Однажды один из ветеранов моих лет, пенсионер, с гордостью хвастаясь, что он, не участвуя в боях, принял участие в нескольких Московских парадах, вызывающе спросил у меня: «А ты участвовал в парадах?»

Нет! Я не участвовал в парадах,
Но я участвовал в боях —
Под Москвой и Сталинградом,
Где немцев мы разбили в прах!
И в битве под Орлом и Курском
Есть капля крови и моя,
Она влилась в кровавый сгусток
Победы в мае у Кремля.

Нет! Нет! Все это было!
Что-то грустно мне стало,
Отчего - не пойму
Вот и сердце вдруг сжало,
Снова вспомнил войну...
Вспомнил снова атаки,
Свист снарядов и мин,
Рукопашные драки
На пределе всех сил.
Как? Когда это было?
Может, я позабыл,
Время в памяти смыло
Всё, чем раньше я жил?
Может, вовсе я не был
Никогда на войне,
Может, след от осколков
На всю жизнь не на мне?
Может, все это всплыло
В страшном сне, как в кино?
Нет, нет! Всё это было!
Правда, было давно.
Было – боль поражений,
Было – радость побед,
Было – ярость сражений,
Были раны и смерть.
Было все в злой купели
Той войны, что прошла,
Что горячей метелью
Мою юность сожгла.


Идалия Шевцова (Урсатий)

Прифронтовая полоса детства

1.

А.Ф. Урсатий

А мой отец погиб тогда,
когда медалей не давали,
когда не просто отступали,
а набирали силы.
Вода времен стальных
струилась
через сердца земных пространств –
отец, земной набравшись
силы,
не умер на полях России,
а растворился
в душах дней.

2.

Упал снаряд – не стало человека,
а написали: «Без вести пропал».
Мать застонала, опуская веки,
а сестры обе, к матери припав,
заплакали навзрыд.
А я попеременно
переводила взгляд с сестер на мать –
во мне надежда вспыхнула мгновенно,
что «без вести» не значит «погибать»…

3.

Когда за ржаною булкой
приходилось стоять ночами,
мнилось, будто не пал от пули
мой отец, а придет нечаянно,
нас троих за столом усадит,
угостит привезенным сладким
и головки легонько погладит
вокруг мамы пройдется
вприсядку!
… А потом гордо выйдем на улицу,
мама с папой пойдут по краям, -
мы в середке,
соседки прищурятся,
будут «здрасте», волнуясь, ронять,
будут слезы украдкой смахивать,
ожидая свое счастье махонькое…

4.

Был воздух радостью настоян,
и я играла под листвою
черемухи душистой, майской
в юбчонке старенькой и майке
и знала, что отец погиб.
Но вдруг из-за угла пристройки
мелькнули чьи-то сапоги…
Я глянула, и мимо стройный
шел офицер при орденах
и – прямо к дому…
Сердце – ах!
И брови те, что на портрете,
и тот же нос, и те глаза –
так это же отец! На свете
бывают просто чудеса!
- Мой папа, папка! Ты вернулся? –
из горла вырвалось, как стон.
Мужчина резко обернулся:
- Ошиблась, девочка…

5. Ревность

А.Г. Боброву

Недобро отчима встречали
взамен погибшего отца –
какое дело до печали
его открытого лица?
Какое дело до тревожных
голубовато-чистых глаз?
Мы совершали все возможное,
чтоб сделать больно
всякий раз.
Он, не тая любой обиды,
кусок послаще отдавал –
мы трое одного не видели,
что в жизни высшим идеалом
любовь была, святая, к матери,
была и к нам.
Но почему
мы помним об отце страдательно,
тоскует мать по отчиму?

6.

Улочки Казанки
помните ль меня?
Бегала я с драником
возле бела дня.
Черный доедала,
бегала досыта,
а потом бежала
к матери – в корыто.
Мама улыбалась
и меня стирала –
самое родное
живое покрывало!

Анатолий Иленко

* * *

Помню зиму. Бабушку и деда.
Помню, хлеб давался нелегко.
До мгновенья горького – Победа –
Было очень, очень далеко.

Дремлет дед. Очки свалились с носа.
Баба, сгорбясь, мне рубаху шьет.
Нет в семье запретнее вопроса:
«Как он там, чего письма не шлет?..».

Богом позабытая сторонка
Ничего не ведала о том,
Что уже полгода похоронка
По ошибке обходила дом.

* * *

В те дни
На всех была одна война.
Но почему ей разная цена?
На смерть шли миллионы,
Шли на муки,
Другие
В первой схватке. –
Кверху руки.
Одни ползли,
Собой взрывая мины.
А те стреляли командиров в спины.
Теряли,
Кто отца,
Кто сына,
Мужа.
А той –
Калека с фронта стал не нужен.
Тот землю грыз
И вшей кормил в окопах,
А кто-то мародерствовал в европах.
Тот сгинул,
Не познавши женской ласки,
А тот чужими юбками истаскан.
У каждого была своя война.
И – потому ей разная цена.

* * *

А мой отец пропал без вести
На самом краешке войны,
Не испытав победной чести,
Он принял крест чужой вины.
С ребячьих лет воочью вижу, -
Уходит в ночь разведотряд,
Черта смертельная все ближе,
Где волком взвоет автомат.
Наткнулась на заслон отвага,
Разведку выкосил свинец...
Пришла казённая бумага:
Пропал без вести ваш отец.
Одна строка в четыре слова
Семью надолго сбила с ног,
Судьба детей войны сурова,
Мы выживали кто как смог.
Уже седым я побыл в Польше,
Нашел могильный бугорок,
И горе стало втрое горше,
Хотя прошел немалый срок.
Пусть не совсем душа на месте
В священной памяти войны,
Отец мой не пропал без вести, -
Погиб, как сын своей страны.


Николай Аксёнов

Наступит день

Наступит день: в смятении нежданном
Замрут сердца у всех людей страны –
Простимся мы с последним ветераном
Невиданной в истории войны.

Они живут пока что с нами рядом,
От испытаний немощны, седы,
Они горды зеленым дачным садом
И мало-мальской пенсией горды.

Но горько им, прославленным солдатам,
Чью молодость в огне сожгла война,
Что только по большим военным датам
Их вспоминает милая страна.

Их годы, раны и болезни косят,
Как острый серп июльские цветы.
И незаметно ангелы уносят
Святые души в темень высоты.

Жизнь на земле короткая такая,
Её никак не назовешь игрой.
И в сердце боль меня не отпускает:
Уйдет от нас последний наш герой.

Не хочется с таким концом мириться,
Не хочется слезой туманить взгляд,
Пока поют в лесах российских птицы,
Пока березы русские шумят.
 

У обелиска

«Молчи, бессмысленный народ,
Поденщик, раб нужды, забот.»
А.С. Пушкин

Над обелиском в час заката
Звезда врезается в зарю.
Я, сын погибшего солдата,
Тебе с тревогой говорю,

Мой безответный россиянин,
Во всем утративший права,
Что не в твоем, во вражьем стане
Звучат победные слова.

На Украине внук Бандеры,
Над правдой истинной глумясь,
Тебя везде срамит без меры,
Тебе в лицо бросает грязь.

По-братски принятый тобою,
Прикрытый русичей щитом,
Тебе грузин грозит войною,
Победоносною притом.

Всегда по складу наготове
В ораве слабых попинать,
Тебя старается литовец
В Литве унизить и прогнать.

Хуля твоих родных и близких,
В своей столице, не в глуши,
В мундирах, в свастиках фашистских
Идут открыто латыши.

Ужель душа твоя не стонет,
Не протестует от того,
Что осквернил вчера эстонец
Могилу деда твоего?
 

В День Победы

Лежат в земле прославленные деды,
Что одолели вражескую тьму.
Придите к обелиску в День Победы
И низко поклонитесь вы ему.

Пусть от удобных кресел и диванов
Вас уведет небесная звезда.
Не любит Бог непомнящих Иванов
И не простит забвенья никогда.

Побудьте там весеннею порою,
Вглядитесь в список тех имен и дат
И помяните вы своих героев,
Отцов и дедов - умерших солдат.

Постойте молча вы у обелиска,
Не так, как перед глыбою литой.
А снова поклонитесь низко-низко
Их незабвенной памяти святой.

Соприкоснитесь с прошлым в настоящем,
Все надписи прочтите, не спеша.
И вас своим крылом животворящим
Коснется их бессмертная душа.


Василий Киселёв

* * *

Чужая боль невыносимей,
И нестерпимей, чем своя…
Но с чем сравнить мне боль России
О всех ушедших сыновьях?
...О тех, которые мечтали:
– Брат, заживём!.. Придём с войны...
...Они стоят на пьедесталах
Среди берёз и тишины.
Читаю - сквер весенний замер –
Друзей погибших имена...
И почему я здесь, не с вами? –
Осколком в сердце жжёт вина...
Как эта боль невыносима!..
Её ничем не заглушить...
– Прости мне, Коленька Касимов,
За то, что я остался жить...

Мост

– Накось, выкуси дулю.
Смерть, – не тронь ты меня!..
...Слышу, свистнула пуля –
Значит?- нет, не моя...
В этой злой круговерти,
До последнего дня
Злые Ангелы Смерти –
Позабыли меня…
Я на них не в обиде.
Только... Жаль вот... – друзей...
...Мне хотелось увидеть
Их Рейхстаг... Слышишь, Сень?
Чью-то свечку задули
Впопыхах в тех боях...
...Слышу, взвизгнула пуля –
Значит: нет, не моя...
...Командир – чин известный!..
В выражениях прост:
– Ты хоть лопни, хоть тресни –
Но взорви ихний мост!..
Я поднялся – как в школе! –
Встал в недюжинный рост:
– Старшина, будь спокоен –
Я взорву этот мост.
По-пластунски, вприсядку
Полз к мосту я... А ты ?..
Бахх!!! Сестричка–взрывчатка,
Им теперь невпротык...
Дайте слово Пехоте!
Всё ж за нами тот бой.
...Но сомкнулся злой Одер
Над моей головой...

...Что Вы все поприпухли?..
Мы не жалуем грусть...
...Я не слышал той пули,
Что попала мне в грудь...

* * *

...А я у войны до кончины в плену.
Она в моих снах до сих пор не окончена.
Огонь!.. – Я опять ухожу на войну
И, снег обогрев, прикрываю Рагочино...
...Качнётся мой друг, завалившись назад:
– Володя, держись... Будем живы, Володя...
...А снег нам порошил сердца и глаза
Я нёс старшину, утопая в болоте...
И я не донес. Умирая, мой друг
Шептал о родных и о девушке Женьке...
О, Память, прошу: разорви ты свой круг -
Я вырвусь - как прежде! - из пут окруженья...
Но нет... У войны до кончины в плену
Володю несу, утопая в болоте,
Кляну непогоду и смерть я кляну:
– На свадьбе твоей погуляем, Володя…
г. Белово

Прокомментировать
Необходимо авторизоваться или зарегистрироваться для участия в дискуссии.