Адрес редакции:
650000, г. Кемерово,
Советский проспект, 40.
ГУК КО "Кузбасский центр искусств"
Телефон: (3842) 36-85-14
e-mail: Этот адрес электронной почты защищен от спам-ботов. У вас должен быть включен JavaScript для просмотра.

Журнал писателей России "Огни КУзбасса" выходит благодаря поддержке Администрации Кемеровской области, Администрации города Кемерово,
ЗАО "Стройсервис",
ОАО "Кемсоцинбанк"

и издательства «Кузбассвузиздат»


Валерий Плющев. Визитная карточка Кузбасса. (О книге Людмилы Галкиной «АИК Кузбасс»

Рейтинг:   / 0
ПлохоОтлично 

В кемеровском музее «Красная горка» при представлении  книги Людмилы Галкиной «АИК Кузбасс» давали характеристики только в превосходных степенях. И этот труд того стоит.

Автор в составе группы вузовских преподавателей ещё в 1986 году (начало перестройки, кто помнит) отправилась в Соединенные Штаты Америки по программе культурного обмена.

Сверх предусмотренного планами поездки Галкина воспользовалась счастливой оказией поработать в знаменитой Библиотеке Конгресса, где ознакомилась с материалами об Автономной Индустриальной Колонии Кузбасс.

Привезла, как она сказала, чемодан «бумаг». А позднее «удалось получить копии многих важных материалов, хранившихся у бывших колонистов». Потом была диссертация по этой теме, защищенная в Кемеровском госуниверситете в 1997 году.

И вот великолепная книга по материалам диссертации и более поздних публикаций автора. Фолиант буквально зазвучал от 230 представленных в нем фотографий: как публиковавшихся, так и никогда не воспроизводившихся в печати. А ещё и формирование книги по заветам замечательного художника Фаворского как единого организма, как слаженного оркестра, созданного с большим искусством кемеровчанами Юрием и Дмитрием Сергеевыми – отцом и сыном, когда в оформлении нет мелочей – всё важно. Театр, как известно, начинается с вешалки, книга – с обложки. Всмотритесь в цвета верхней крышки переплета: бой красного и серого цветов, серый – совсем чуть, но одолевает. Уже за этим встает нелегкая судьба колонии, её ликвидация после короткой и бурной жизни. Здесь же на обложке печать АИК, одна из фотографий колонистов, серп и молот со звездой – как мечта людей труда на создание, скажем так, царства Божия на земле.

Сергеевы сделали книгу за очень короткий срок, как они объяснили, которую не стыдно представить на любой из международных конкурсов. Иллюстративный материал – старые фото, документы, публикации и прочее – выше всяких похвал, как по содержанию, так и по качеству предпечатной подготовки. А когда рядом изображение американской жизни тех лет и кемеровской – туши свет: настолько разителен контраст – высоченные билдинги, стада автомобилей на асфальтированных дорогах с иголочки за океаном и пустынные грунтовые улицы с развалюхами по краям здесь, в Сибири. Тексты документов притягивают внимание и непременно читаются, английское содержание тоже прочитывается, даже при слабом знании языка – настолько интересно их содержание. Автор, доцент кафедры иностранных языков Кузбасского государственного технического университета, рассчитывая на приезды иностранцев в Кемерово на Красную горку, продублировала подписи под фотографиями по-английски, сделала к каждой из глав резюме на этом же языке международного общения.

Много говорят о визитной карточке Кузбасса, предлагая уголь, металлургию, Горную Шорию, что-то иное. Наверное, уникальнее АИК «Кузбасс» ничего не подобрать для представления и отличия нашего индустриального края от всех остальных. Подобный пример содружества представителей почти 30 национальностей, в течение пяти лет занимавшихся в тяжелейших условиях строительством нового общества, отсутствует в истории человечества.  Заметьте, – в Сибири, которая пугала жителей Америки и Европы уже только одним своим названием, в медвежьем углу, в далеком и неизвестном Кемерове.

А в результате Кемерово и Кузбасс стали на Западе известнее многих крупных наших городов и регионов. Том Баркер, член организационного комитета АИК в США говорил, что в самом начале 20-х годов о Кузбассе в Америке знали больше, чем в СССР.

Автор не просто подробно и как можно полнее описывает историю колонии, выделяются и спорные моменты, при этом не педалируются  идеологические предпочтения. Мы привыкли, что АИК – это, прежде всего голландец Себальд Рутгерс, он и руководитель, и автор идеи, в реализации которой сильно помог Ленин, он, по нашей византийской привычке, – главный. И не только мы так считали, но и многие колонисты, и, конечно, родственники Рутгерса (в Кемерове в Рудничном районе есть улица его имени). А идею создания колонии первым артикулировал американец Кальверт, о чем подробно, со ссылками на первоисточники рассказывает Галкина. Что меняется в наших сегодняшних представлениях от такого признания. По большому счету, ничего, но автор, а вслед за ним и мы, отдаем дань уважения ещё одному из отцов-основателей колонии.

Или вопрос о Надеждинском металлургическом заводе на Урале, который первоначально должен был войти в состав АИК «Кузбасс». Это же далеко от нашего региона, нам не так интересно. Исследователю-автору важно всё, что относится к теме, она довольно подробно рассказывает и об этой стороне деятельности колонии, истории исключения в конце концов завода из её состава.

Казалось бы, зачем неспециалисту-читателю статистика с результатами производственной деятельности? Но эти цифры звучат как песня, вчитайтесь, вслушайтесь, сопоставьте между собой – сразу воспринимаешь по-другому и безусловные успехи в экономическом соревновании с кузбасскими соперниками-соседями, и недостатки, как рукотворные, так и объективные.

Колонисты выживали с первых дней появления в нашем городе. Трудно представить, но в самую первую зиму пришлось жить даже в палатках. Это в Сибири-то, где морозы тогда по воспоминаниям доходили до минус 40 градусов. Это после комфортного обитания в западных странах. Выжили, закрепились, начали работать и трудились очень даже хорошо. Не все прижились, о чем тоже рассказано в книге, некоторые быстро вернулись, а кое-кто отметился черным пиаром, если говорить по-современному, лили грязь на саму идею создания АИК, а уж пугали западного обывателя сибирскими «ужасами» по-черному. Галкина также не дает собственных оценок этим фактам, лишь рассказывает, каким образом приходилось в тех же США товарищам и коллегам колонистов отбиваться от пропагандистского и правового навала со стороны государства. Пришлось некоторым и за решеткой побывать, и продолжительное время защищаться в судах – хорошо, что удалось отстоять и  лично себя, и идею.

Глубоко исследуется тема, которую назовем борьбой с  вертикалью, выстраиваемой, как нам хорошо известно, советским государством повсеместно. Единоначалию совсем не просто было возобладать среди романтиков, приехавших воплощать свою мечту о царстве равенства и справедливости. Были столкновения, конфликты – и эти факты не обходит автор книги. А ещё ведь и введенный НЭП умертвлял дух идеи: разрешили сверху элементы капитализма, а приехали-то в большинстве своем романтики от коммунизма…

Думаю, одной из главных проблем для прибывавших в Сибирь иностранцев было отношение к ним со стороны местных. Самые первые аиковцы прибыли в Кемерово в январе 1922 года и сразу ощутили «настроение враждебности» со стороны местной администрации. «Почти тридцать дней провели в товарных вагонах». Не выделялись строительные материалы, хотя власть на местах загодя получила правительственные депеши о снабжении всем необходимым приезжавших для строительства. Да и с правительством руководство колонистов сначала подписало один договор, затем заставили переподписать другой. К слову, опять-таки советская правительственная сторона – пяти полных лет не прошло – расторгла договор и ликвидировала АИК «Кузбасс» с безвозмездной передачей, среди прочего имущества, великолепной больницы, для которой руководство колонии приобретало медикаменты и оборудование за рубежом, очень даже неплохой фермы, кормившей, не только колонистов, но и аборигенов. Арбузы выращивали в Сибири! Учили новым методам сельского хозяйства и реализовывали продукты питания.

А быт! Чистота, канализация, прививки от оспы и иных опасных болезней – это всё АИК. Наконец, просто пример для местных-сибиряков другой жизни, цивилизованной. И электрический свет не только предприятиям, но и для кемеровского и окружного деревенского населения.

Их жилищная программа была беспрецедентна для того времени. Строили дома, а вокруг море землянок, в которых жили люди – в музее «Красная горка» легко увидеть на снимках этот жилой  местный колорит.

Уже под закат АИК приехал голландский архитектор Ван Лохем, под наблюдением которого было построено около 8200 домов в Кузбассе. Часть из них служит до сих пор. Но вот как его характеризовал товарищ Коробкин, временщик, выдавливающий иностранцев со своих мест и быстро севший за злоупотребления на восемь лет уже после ликвидации колонии: «Как Архитектор к нашим условиям не подходит, вследствие незнаний наших законоположений об охране Труда и требований, предъявленных Союзом». И добавка: «В Революционной работе активного участия не принимал». А то, что дело прекрасно делал, то дуболомам с «революционным прошлым» было не важно. 

Меня всегда остро интересовало, что думал Рутгерс, остальные колонисты о строительстве светлого будущего, сибирской жизни, управляя предприятиями, расположенными на территории, равной площади Голландии, сталкиваясь с бюрократами, осложнявшими всеми возможными для тех времен способами честное выполнение колонистами своих обязанностей. Или как, к примеру, напрягали их прогулы по причине пьянства со стороны местных? 

Потому с особым интересом вчитывался в главу IV «Колонисты в советском обществе». Что чувствовали 640 иностранцев поработавших за все пять лет в АИК? Одномоментно в колонии никогда не проживало более 406 приезжих. «Более трети аиковцев приходилось на иждивенцев. Одинокие составляли примерно половину общего состава колонистов…  Крупнейшими зарубежными группами были финская, американская, русская, немецкая и югославская», – информирует Галкина. «Собственно американцев было не более 100». Между прочим, Джек Врачар в Кемерове задолго до Алексея Стаханова отбойным молотком за 5 часов работы добыл 67 тонн угля – реальных, а не «организованных» одному из забойщиков (Стаханов добыл за 5 часов 45 минут 102 тонны угля, но на обеспечение этого рекорда трудились вместе с ним два крепильщика, да и парторг не бездельничал, светил лампой всё это время, думаю, остальные двое присутствующих также старались хоть чем-то помочь).

Рут Кеннел, летописец колонии, записала: «…Мечтатели, неудачники, неврастеники и просто искатели приключений – устремились в Россию». Умами многих колонистов владела утопическая идея о создании в Сибири рабочей республики со всеобщим равенством. Они прошли через столкновения, конфликты, среди которых межнациональные трения занимали не такое и маленькое место, но преодолели проблемы в своей среде, создали пример неплохо работающего регионального анклава ряда предприятий. Заложили на перспективу новые производства и предприятия. Дали толчок будущему развитию Кузбасса, несмотря на то, что так и не смогли за пять лет «победить недоверие и зависть местного населения, бедного до чрезвычайности».

Мне уже приходилось писать, что идея эта была обречена в тех условиях. Ещё сильнее убеждает в этой мысли то, что после смерти Ленина – защитника АИК, руководство страны охладело к колонии. Да и какая власть, которая хватается за соломинку, чтобы устоять, устояв,  станет терпеть тех, кто является немым укором уже лишь в силу своей нормально поставленной работы, с развитием, перспективами на будущее, настоящей заботой о людях. Мне такие примеры из истории нашей страны неизвестны, ведь мы не американцы, которые допускали опережающее развитие одних групп эмигрантов, а затем подтягивание к этому уровню других. Социализм разрешал регулируемое сверху соревнование, но никак не конкуренцию.

Колонию ликвидировали, но положительный задел, толчок вперед с её стороны оставил плоды в Кузбассе. Будут новые книги об этом ярком периоде, будут фильмы, театральные постановки. Почему-то надеюсь на это, прочитав-просмотрев книгу Людмилы Галкиной АИК «Кузбасс», вышедшую как раз накануне 90-летия организации колонии на нашей сибирской земле.

…Есть, конечно, замечания. В оглавлении по какой-то причине не указаны страницы. В таблицах может вкрасться  буква вместо цифры, к примеру, вместо шестерки красуется «б». Одна из фотографий воспроизведена дважды, второй раз ошибочно с подписью, что должна представлять совсем другое изображение. Есть и иные «блохи», не меняющие восторженной оценки этого труда. Думаю, тираж в тысячу экземпляров улетит быстро, этот том станет мечтой многих. Хотя, их желание в какой-то мере будет удовлетворено электронным вариантом, который, по словам создателей, тоже выпустят.

Валерий Плющев               

   

       

Прокомментировать
Необходимо авторизоваться или зарегистрироваться для участия в дискуссии.