Адрес редакции:
650000, г. Кемерово,
Советский проспект, 40.
ГУК КО "Кузбасский центр искусств"
Телефон: (3842) 36-85-14
e-mail: Этот адрес электронной почты защищен от спам-ботов. У вас должен быть включен JavaScript для просмотра.

Журнал писателей России "Огни КУзбасса" выходит благодаря поддержке Администрации Кемеровской области, Администрации города Кемерово,
ЗАО "Стройсервис",
ОАО "Кемсоцинбанк"

и издательства «Кузбассвузиздат»


Виктор Арнаутов. Десять дней январского лета. (Из тайской записной книжки)

Рейтинг:   / 2
ПлохоОтлично 
Однажды случайно я попал вместе с женой Людмилой на презентацию турфирмы семейного отдыха «Времена года». И там нам подарили путёвку в Таиланд - на бесплатное проживание в отеле турфирмы в течение десяти дней.
Отправившись из зимнего международного аэропорта города Новосибирска в тридцатиградусные крещенские сибирские морозы, через семь часов полёта мы оказались в тропическом лете, где температура окружающей среды была порядка плюс тридцати градусов. Впрочем, ненамного отличалась и температура воды в Сиамском заливе Южно-Китайского моря и в открытом бассейне четырёхзвёздочного отеля «OASIS WORLD»!
Через четыре дня к нам присоединилась и наша младшая дочь Настя, прилетев из Питера. Каждый день с утра пораньше, уединившись и устроившись в уютном плетёном кресле на лоджии, я делал дневниковые записи дня прошедшего. Некоторые впечатления от увиденного там, в виде фрагментов дневниковых записей, я предлагаю и вам, мои читатели. 
Однако, прежде чем перейти к своим впечатлениям, в самых общих чертах нужно сказать немного о самой стране. Таиланд, он же Сиам – одно из древнейших государств на Индокитае, омываемое водами Сиамского залива с юга и Андаманского моря – с запада. Его географическая широта – примерно с 8 по 18 градус северной широты, приближаясь на юге почти к экватору. Что касается меридиана, то Таиланд находится в одном часовом поясе с нами, сибиряками: кузбассовцами, томичами, алтайцами и новосибирцами. Так что адаптация к времени этой страны у нас, сибиряков, проходит практически безболезненно и незаметно.
По территории Таиланд равен примерно пяти Кузбассам или двум Томским областям. А вот население – зашкалило уже и за 60 миллионов человек, растёт стремительными темпами, в определённой степени и за счёт иностранцев, принимающих гражданство этой страны, в том числе и немалым количеством россиян. Таиланд – страна самодостаточная. В ней имеется практически всё: изобилие сельскохозяйственной продукции, природных ископаемых, леса, морепродуктов. В ней не только собираются автомобили японских марок, но и производятся от начала и до конца, а некоторые модели этих автомашин даже поставляются на рынок самой Японии. Народная медицина поставлена на промышленную основу и обладает очень высоким качеством. Изделия из кожи (включая крокодилью, слоновью и даже змеиную) могут конкурировать с западными фирменными. Подушки и матрасы из натурального латекса пользуются очень высоким спросом - как у местного населения, так и у туристов. Добыча драгоценных и полудрагоценных камней, их обработка и доведение до ювелирных кондиций – не уступают мировым. Градостроительство осуществляется грандиозными темпами и масштабами, при этом цены на готовое качественное жильё раза в полтора-два ниже, чем в России. В Паттайе строится даже целый русский посёлок. Таиланд – страна с богатым культурным наследием. Здесь очень много уникальных музеев, парков под открытым небом, буддистских храмов и прочих достопримечательностей, занесенных в книгу рекордов Гиннеса. Туристический бизнес развит на самом высоком уровне. Ко всему прочему – климат, где никогда не бывает зимы и заморозков, а температура окружающей среды не опускается ниже плюс двадцати градусов...
Таиланд – страна конституционно-монархического правления. Здесь уже на протяжении двух с половиной веков правит король из династии Рама. Издревле Сиам – воинственное государство. Ему немало приходилось воевать за свою независимость и территории с соседями: Бирмой, Камбоджой, Вьетнамом, Лаосом. 
Национальным героем новой истории Сиама считается генерал Таксин, который в 1767 году освободил страну от гнёта бирманцев, собрал воедино разрозненные племена и народы, стал отстраивать новую столицу Таиланда Тхонбури (ныне – один из районов Бангкока), так как прежнюю – Аюттхайю – полностью разрушили бирманцы. И уже в 1768 году генерал провозгласил себя королём Сиама. Однако непомерные налоги, которыми он обложил народ для усиления мощи государства, привели к недовольству и огромному народному восстанию, в результате которого Таксин был свергнут и казнён.
Ему на смену пришел подавивший восстание в 1782 году Пья Чакри, ставший первым королём-правителем династии нынешних монархов Рама. 
При короле Чулалонгкорне (Раме Пятом), который в своё время оканчивал пажеский корпус в Санкт-Петербурге и был женат на русской знатной женщине, Таиланд становится конституционной монархией. Так что по жилам нынешнего короля и его отпрысков течёт и русская кровь. При нём было отменено рабство. Король Рама Пятый был одним из самых уважаемых и почитаемых правителей среди своих подданных. За свои деяния среди народа он снискал себе славу и титул Великого любимого короля. Из пятидесяти восьми лет жизни он правил страной 42 года. Ещё его называют Пхра Буддахачао Луанг – Королевский Будда. Его приятельские отношения с последним императором России Николаем Вторым сблизили наши страны, находящиеся так далеко друг от друга, именно Россия помешала в своё время колониальной экспансии Таиланда Францией.
Нынешний король Таиланда Пхумипон Адульядет Рама Девятый – один из самых долгоправящих. Ему уже за 85 лет, а время его правления страной перевалило за шесть десятков. У него четверо детей: сын и три дочери. С недавних пор правительство Таиланда возглавляет впервые за всю историю страны женщина – премьер-министр Йинглак Чинават – сестра некогда изгнанного из этого кресла брата-премьера.
К сожалению, из-за не очень дальновидной политики нашего государства королевство Сиам во время Второй мировой войны выступало союзником Японии. А во времена войн в Корее и во Вьетнаме (50-70 годы прошлого века) Таиланд союзничал с американцами. Почти все короли династии Рама, в том числе и нынешний Рама Девятый (и его сын), являются ещё и военными, в немалых чинах. Они все очень любят быть на официальных фотографиях и портретах в военном облачении со всеми регалиями и орденами. Сын нынешнего короля – лётчик, у которого более 6 тысяч часов налёта.
Таиланд – страна культа Будды и короля! 
Что касается простого народа – тайцев, то они весьма доброжелательны и даже гостеприимны в отношении, русских, до миллиона которых ежегодно посещают эту страну. 
 
17 января 2012 г.. 13.30. Бангкок. Аэропорт Суварнабхум.
Бангкок – как известно по рекламным роликам даже детям – столица Таиланда.
Международный аэропорт Бангкока Суварнабхум (Суваннапум) – основные воздушные ворота Таиланда. Впрочем, имеются и другие аэропорты международного уровня, например на острове Пхукет, куда есть прямой рейс из того же Новосибирска. Оказывается, недалеко от Паттайи - Утапао.
Новосибирский аэропорт Толмачёво, показавшийся мне ещё вчера вечером достаточно большим, просто игрушка по сравнению с аэропортом Бангкока. 
Бангкок расположен в самой северной оконечности Сиамского залива, примерно на 14 градусах северной широты. В его районе впадает в залив крупнейшая река Таиланда – Менам-Чао-Прая. Многочисленные дельтовые рукава, протоки, ерики и искусственные каналы снискали Бангкоку славу Тайской Венеции. В современном мегаполисе проживает порядка десяти миллионов человек! Здесь находится самый крупный по количеству студентов университет мира.
Наш «Боинг» ещё только выруливал к приёмному модулю, а на посадку заходил очередной авиалайнер, несколько самолётов готовились к взлёту... Вот где работка авиадиспетчерам! 
Вдоль взлётно-посадочной полосы тянулась довольно широкая сточно-ливневая бетонная траншея – на случаи наводнений и сезона дождей. Газонная трава, если где и встречалась, была пожухлой и выгоревшей – как в степях Хакасии знойным июлем.
Аэропорт для международных линий Суварнабхум был введен в эксплуатацию не так давно, в 2006 году. До этого времени местные и международные линии обслуживал старейший аэропорт Таиланда Дон Мыанг, история которого уводит аж в 1910 год.
Через выдвижной трап пассажиры нашего рейса спешно стали покидать салоны самолёта. И вот мы оказались в самом здании. Оно поразило меня своими размерами! Всё из бетона и стекла, с невероятно высоченными потолками, просторное – хоть футбол гоняй и устраивай мировые состязания по бегу; множество всяких стоек, коридоров, переходов. Пассажиры двигались по широченному коридору, едва ли не в километр длиной - с тремя последовательными стометровыми двусторонними бегущими дорожками. Выстраивались в очереди перед будочками паспортного контроля. Слева – китаец, справа – малаец, позади - совершенно чёрные, синеватые и кофейного цвета африканцы. Пристроились мы за молодым человеком, русским, в красной майке с двумя приметными крупными белыми семёрками на спине – с нашего рейса. На стенах, у потолков, возле стоек и будочек – везде витиеватые надписи на тайском. Оказывается в их алфавите аж 72 буквы, внешним видом напоминающие арабско-грузинскую вязь.
Местные тайские чиновники, сидящие за стеклом будочек, в чёрной униформе с погончиками и жёлтыми лычками на них, меланхолично сверяли паспорта и гостевые карты с их оригиналами. Пройдя процедуру паспортного контроля, на что потребовалось минут сорок, мы ринулись искать свой багаж. Сообразив, что нужен транспортёр с обозначением номера нашего рейса, мы с облегчением увидали знакомые нам цифры 859. На транспортёрной ленте сиротливо, едва ли не единственным, лежал наш чемодан с приметной красной ручкой. 
Поплутав по длинному и широкому коридору с багажом в руках, раздумывая, куда же двигаться дальше, наконец-то увидели знакомую, хоть и на английском, надпись «Ехit» (выход). Миновали ещё один пропускник и оказались в просторном тамбуре. Там наши глаза выхватили среди толпы встречающих темнокожего мужчину-тайца в белой рубашке с табличкой в руках, на которой красовалась эмблема фирмы – на фоне круглого оранжевого солнца вздыбленный слон с поднятым хоботом и надписью «OASIS WORLD»!
Таец вывел нас из тамбура аэровокзала. Сразу дохнуло влажным зноем – вот оно, настоящее лето! До этого везде работали кондиционеры и духоты не ощущалось. Встретивший нас мужчина подвёл нас к микроавтобусу, марки «Тойота», помог погрузить багаж, открыв дверцу, пригласил в салон. На переднем сиденье, рядом с водительским, сидела молодая, лет двадцати пяти, стройная, смуглая темноволосая женщина.
- Вика, - представилась она нам. - Я – ваш куратор-консультант.
Вика оказалась очень общительной, живой, миловидной дамой - с хорошим русским языком и едва уловимым украинским акцентом, из Киева. Предложила нам по бутылочке холодной воды, чем мы не преминули тут же воспользоваться. 
Едва мы покинули территорию аэропорта и миновали огромную красочную орнаментальную арку, в виде триумфальных ворот, как тут же по обеим сторонам трассы стали попадаться золочёные статуи стоящего Будды и транспаранты с цветными изображениями короля – в гражданском и военном одеяниях. 
Выехали на скоростную автотрассу, ведущую на Паттайю. Движение здесь, в отличие от наших трасс, левостороннее. Виртуоз-водитель, всё тот же встретивший нас таец, лихо гнал машину с постоянной скоростью в сто тридцать километров, обгоняя большегрузы и маломощные машины. Дважды на трассе ему пришлось притормозить и заплатить, не выходя из машины, по пятьдесят батов за проезд по платной скоростной автомагистрали.
До места нашего назначения, Паттайи, порядка ста пятидесяти километров. В глаза бросалось обилие всевозможных пальмовых деревьев. Они росли и выстраивались вдоль дороги, как привычные нашему глазу тополя или карагачи. Помимо них, попадались и прочие деревья и незнакомые нам цветущие кустарники. 
Вика без умолку вводила нас в курс предстоящего отдыха. Я частенько перебивал её, задавая всякие вопросы – о стране, природе, пальмах, цветущих кустарниках, прямоугольных искусственных водоёмах, что поблёскивали по обеим сторонам дороги. Возле таких водоёмчиков (оказывается, в них разводят и выращивают креветок, рыбу, мидии, устрицы и прочую живность, в том числе и лотосы) виднелись лачужки на четырёх опорных столбах, крытые пальмовыми листьями; причаленные к берегу узкие и низкобортные лодчонки. Очень редко возле таких хибарок и водоёмов копошились темнокожие люди.
Сначала трасса, прямая, как стрела, шла по равнине. Кое-где высились различные строения – от аккуратных, в два-четыре этажа, домиков коттеджного типа до примитивнейших хижин-времянок. Порой вдали громадились и настоящие небоскрёбы, этажей в сорок. Ближе к Паттайе, слева, виднелись невысокие горы, похожие на дальневосточные сопки, все покрытые густой зелёной растительностью. Южное полуденное солнце светило тускло. Всё небо окутывали лёгкая облачная дымка и смог. Настроение – тревожно-восторженное. Всё ещё верилось с трудом, что нахожусь в такой дали от своего дома, и, в совершенно незнакомой южно-тропической, загадочной стране Таиланд. Лишь одно напоминало нашу далёкую Родину – привычный вид замусоренных и захламлённых обочин автотрассы.
 
17 января. Паттайя. Вторая половина дня. Вечер. Ночь.
Паттайя – курортная зонная Таиланда. Расположился этот город вдоль побережья Сиамского залива на десятки километров. В нем несколько основных продольных улиц-проспектов вроде прибрежных - Наклуа, Пляжная, Волкин, Джомтьен, Таппрайя, Вторая, Третья, магистральная улица Сукхумвит, поперечные улицы, типа Теппразит и множества поперечных улочек (сои, или обрусевших «соек») под номерами, метров по триста-пятьсот длиной. По некоторым данным, в городе проживает порядка 400 тысяч местного населения и до миллиона приезжих туристов. Паттайя переводится с местного, как ветра, дующие с северо-запада на юго-восток. В обиходе слово это произносится как с ударением на предпоследнюю, так и на последнюю гласные буквы.
До недавнего времени (середина шестидесятых годов) на её месте находилось несколько рыбацких деревушек. Когда американцы начали войну во Вьетнаме, правительство Таиланда предоставило небольшую бухту и побережье для американской военной базы, куда прибывали солдаты из США для подготовки ведения войны в условиях тропических джунглей и на реабилитацию после военных действий. Расстроились казармы, военный городок базы. Вокруг него стали стихийно формироваться сопутствующие питейно-увеселительные заведения – с обслугой из провинциальных молодых аборигенов и аборигенок. Ночь с молодой красивой аборигенкой для американского солдата по тем временам стоила всего два доллара – по твёрдой устоявшейся таксе. Американский военный министр даже внёс в Правительство США предложение о выпуске двухдолларовой купюры – с известной целью. И министерство финансов пошло навстречу этому беспрецедентному предложению. С окончанием войны во Вьетнаме бывшие американские солдаты и офицеры стали возвращаться в этот благоприятный уголок на длительный отдых, уже со своими семьями. Стал застраиваться городок вблизи военной базы, американизируясь и разрастаясь с невероятной быстротой, превращаясь в современный сити американо-европейского образца.
Паттайя – город контрастов, так охарактеризовала бы его героиня Нонны Мордюковой из любимой кинокомедии «Бриллиантовая рука». На фоне высотных коробок-небоскрёбов в тридцать-сорок этажей немало двух-пятиэтажных зданий и сооружений и даже одноэтажных халупок.
Весь город утопает в зелени кокосовых и других пальм и разнообразных цветущих кустарников. Иногда встречаются и экзотические деревья с длинной и мягкой хвоей. Повсюду – на улочках, обочинах, вдоль дорог и тропинок, на пляжах, многочисленных сквериках и пустырях – неисчислимое количество бытового и строительного мусора!
Особый аромат придаёт Паттайе благоухание цветущей плумерии! Тёмно-зелёный ствол плумерии у основания напоминает дерево, диаметром сантиметров до десяти. Примерно на высоте семидесяти сантиметров он начинает узловато ветвиться и формироваться кроной с продолговатыми жесткими листьями, похожими на домашний фикус. Верхушки веток образуют кустистое шаровидное соцветие – на каждой цветоножке, сантиметров в 15-17 – располагается по три-пять отводов. На каждом таком отводе – по три крупных цветка, уже на собственных цветоножках. Сам цветок - с загнутыми наружу пятью лепестками – белый с нежно-жёлтой сердцевиной. Размером каждый такой отдельный цветок – до семи сантиметров. В целом же соцветие напоминает круглый шар с футбольный мяч. И вот таких шаров висит на каждом отдельном кустарнике высотой до трёх метров по десятку-полтора, а то и больше. Цветёт плумерия до четырёх месяцев в году. Встречаются иногда розоватые, и даже пурпурные плумерии, но здесь преобладают белые.
Весь этот цвет источает такой тонкий специфический аромат, что его невозможно спутать ни с каким другим. Он напитывает знойный воздух, насыщает собой улицы, дома и даже квартирные помещения, охлаждаемые кондиционерами. От него невозможно ни отделаться, ни привыкнуть к нему и не замечать. Особенно густо аромат плумерии ощущается с наступлением сумерек и темноты...
Четырёхзвёздочный отель, куда нас доставили встретившие представители фирмы, располагается в районе Джомтьен, на пятой «сойке» между улицами Таппрайя и Джомтьен-роуд. Семь этажей Г-образного, окрашенного в бежевый цвет строения с широкими лоджиями. 
На открытой площадке второго этажа располагался бассейн размером 7 на 16 м. полутораметровой глубины и с детским «лягушатником». Голубая плитка его стенок и дна придает неповторимый лучезарный цвет чистейшей воде бассейна. Наши апартаменты находились на четвёртом этаже, с лоджии которых был хорошо виден этот бассейн, располагающийся ниже. 
В зале наших апартаментов, на круглом столе с прозрачной столешницей в вазе аппетитно манили своим видом экзотические фрукты: желтовато-зелёные вихрастые ананасы, глянцеватые оранжевые мандаринки, баклажанного цвета, похожие на помидоры, мангустины, ощетинившиеся ёжиками бордовые рамбутаны, продолговато-яйцевидные золотистые манго и прочие диковинки. 
В холодильнике стояли запотевшие стеклянные и пластиковые бутылки - с обычной, минеральной и газированной водой, несколько банок пива и даже трёхсотграммовая плоская бутылочка местного коричневатого рома «Sang Sоm».
Пока Людмила оговаривала с гидом Викой программу нашего отдыха, экскурсий и мероприятий, я спустился лифтом на второй этаж и плюхнулся в воду бассейна. 
Боже, какое это блаженство! Из тридцатиградусной сибирской снежной зимы, которая ещё вчера морозила нас даже в рейсовом новосибирском автобусе – да оказаться в тёплой воде под открытым небом и палящим солнцем... 
После купания в бассейне и лёгкого ланча из фруктов и колы, оставив в номере Людмилу отдохнуть после долгого пути, я подался ознакомиться с близлежащими окрестностями. И, разумеется, первым делом, к морю – по сои номер 5. 
По неширокой улочке, казалось хаотично, тарахтя и маневрируя, навстречу друг другу сновали разноцветные мотороллеры и самые различные легковые автомобили-иномарки. Поскольку на этой «сойке» не было никаких тротуаров и разметок для пешеходов и транспорта, приходилось лавировать между движущимися байкерами и автомобилистами. Впрочем, я был здесь далеко не одиноким пешеходом.
О байках и байкерах тут надо сказать несколько слов особо. Их средства передвижения байками и назвать-то трудно. Это – невероятно огромное множество мотороллеров самых различных моделей, конструкций и раскрасок! Такие «байки» и их наездники, словно муравьи, проникают всюду! Мотороллер – это основной вид индивидуального транспорта Паттайи. На нём ездят все местные и туристы, (поодиночке, вдвоём и даже втроём) безо всяких водительских прав и правил. Здесь почти не встречаются продольные дорожные разметки, поперечные пешеходные «зебры» и светофоры. Не увидишь на улицах и таких привычных для нас ревнителей дорожного движения в форме, как гаишники-гибедедешники. 
Мотороллеры здесь не только ездят, но и стоят безо всякой «привязи» буквально повсюду – рядами и скученно. В любом месте можно взять, заплатив весьма приемлемую, сумму, на прокат такой мотороллер на любой срок – от суток и далее. Они очень экономичны, не требуют больших расходов бензина. Бензин для них продаётся не как у нас, на автозаправках, а прямо в уличных лавках и ларьках – в пластиковых бутылках – от литра и более. 
Мотороллеры здесь выполняют и ещё одну важную для местных жителей роль: они являются необходимым атрибутом уличных торговцев. К обычному мотороллеру кустарным способом приваривают сбоку третье колесо-коляску. Из тонких, но прочных трубок изготавливается каркас с плоской крышей-навесом. И вот уже готова передвижная торговая точка. Мелкие торговцы, маневрируя по людным улочкам и вдоль пляжей, предлагают, как некогда наши коробейники-офени, самый различный ширпотреб, в том числе и фрукты. Мало того, подобные мотоколяски приспосабливают и под передвижные кухоньки. Прямо в присутствии клиентов варятся, парятся, пекутся и готовятся всевозможные довольно вкусные блюда тайской кухни и предлагаются тут же – по весьма умеренным ценам.
Основным видом общественного транспорта являются «тук-туки». Первоначально тук-туком называли трёх - или четырёхколёсную мотоколяску, предназначенную для перевозки двух-четырёх пассажиров. Позднее этот термин перенесли и на переоборудованные легковые автомобили. С легкового автомобиля-пикапа или джипа снимается кузов. Вместо него наваривается и крепится из никелированных трубок каркас, а на месте заднего борта – откидная открытая широкая подножка. Вдоль бортов кузова приспосабливаются две лавочки для сидения пассажиров. В такой «тук-тук» умещается до дюжины пассажиров – на лавочках, а два-три человека ещё и стоят-висят во время езды на задней приступке-подножке. Останавливается «тук-тук» по требованию пассажиров в любом месте, для этого нужно нажать кнопку. Проезд на этом распространённом виде транспорта по городу стоит сравнительно дёшево – всего-то десять батов.
Море! Точнее Сиамский залив Южно-китайского моря. Оно - зеленовато-лазурное. Почти штиль. Всё побережье – в крупном желтом песке. 
Между улицей и пляжем – в два ряда высятся и тянутся пальмы, на которых вверху маняще висят зелёные глянцеватые шары созревающих кокосовых орехов.
Повсюду – на песке, между рядами шезлонгов - остатки бытового мусора, какие-то шкурки и огрызки фруктов, окурки, пластиковые и стеклянные бутылочки, обрывки полиэтиленовых пакетов, бумаги и прочего. И даже прибойные волны выплёвывают из моря на берег следы присутсвия человека-туриста.
 Вдоль рядов шезлонгов, меланхолически, но непременно с улыбкой, передвигаются мелкие пешие торговцы-аборигены, предлагая всякий ширпотреб в виде косметики, бижутерии, кепок-шляп, платков и парео, маек, наборов дешёвых часов на разноцветных пластмассовых ремешках; сувениры, альбомы с образцами татуировок. Будто на коромыслах, носят в корзинах экзотические фрукты цельные и уже очищенные, предлагают варёные креветки, печёную рыбу, какие-то пончики и многое чего ещё. Стоит задержать взор на ком-либо из них, босоногие торговцы тут же останавливаются и начинают навязчиво предлагать свой товар.
Вода в море, не смотря ни на что, довольно чистая и прозрачная. Невдалеке от берега резвятся стайки мелких рыбёшек. Их гоняют хищники покрупнее, и тогда рыбёшки, выскакивая, алмазным дождём падают в гладкую воду. Там и тут головы пловцов, будто тёмные мячи, плавно передвигаются по поверхности. В полукилометре от берега застыла на якоре двухмачтовая каравелла – то ли прогулочная двухпалубная яхта какого-нибудь бизнесмена или олигарха, то ли плавучая гостиница. С невероятной быстротой и рёвом носятся по морю водные мотоциклы, разнообразные катера и моторные лодки. Слева, справа и прямо, до самого горизонта, виднеются вдали в синеватом мареве гористые острова, покрытые тёмно-зелёной растительностью.
Я снимаю майку, шорты, обувь и медленно, наслаждаясь ласковой тёплой водой, всё глубже погружаясь с каждым шагом, бреду от берега. Вот вода уже достигла уровня груди. Я, оттолкнувшись ото дна, ложусь на воду и плыву от берега подальше – сначала вразмашку, саженками, потом – по-морскому. Невольно вода попадает мне в рот и, и я чувствую её вкус.
Нет, здесь она совсем не такая, какую мне приходилось пробовать в других морях. Во-первых, она почти не пахнет морем – специфическим запахом йодистых водорослей и свежей рыбы. Во-вторых, она совсем не горькая от концентрации соли. Здесь, оказывается, из-за впадения в залив какой-то реки, морская вода сильно разбавляется пресной. 
Температура воды здесь почти в течение всех суток примерно одинаковая – в районе двадцати пяти градусов тепла. Я в полном восторге! Наверное, именно тут и находились первозданные сады рая, из которых Создатель за грехи изгнал Адама и Еву... 
Солнце садится в это время года (в другие – не знаю) в начале седьмого вечера. В семь часов уже наступает настоящая южная ночь. Вернувшись в апартаменты, наспех изготовили ужин, присовокупив к нему кое-что из оставшегося аэрофлотовского. Откупорили ром, приняли за приезд. Раза три ещё спускались в бассейн и предавались блаженству, даже в темноте, примерно всё с такой же дневной температурой воздуха и воды.
Теперь несколько слов об апартаментах и интерьере, в коих нам предстоит прожить все десять дней. Итак, кухня-прихожая. Обставлена она всевозможными разделочными кухонными столами с раковиной для мытья посуды и навесными шкафами и шкафчиками. Оснащена электрической четырёхконфорной плитой, микроволновкой. В шкафах и шкафчиках – вся необходимая посуда. Так что, если не нравится тайская кухня – готовь сам, чем мы и не преминули воспользоваться. 
Зала – квадратная, с двумя большими окнами, выходящими в лоджию. В ней, помимо стола и стульев, - угловой кожаный диван, односпальная кровать-софа, большой телевизор, на стенах – две картины в стиле абстрактного авангарда. В спальне – широченная кровать, плательные шкафы (в одном из них – даже небольшой сейф – для хранения документов, денег и прочих ценностей), две тумбочки с настольными лампами, зеркало-трельяж, телевизор на тумбочке-подставке. Над кроватью - картина, изображающая лежащего Будду. Одно окно-дверь, ведущее в лоджию. И, естественно, кондиционер.
Ванная комната, со входом из спальни, оснащена, как уже отмечал, ванной, по размерам напоминающим джакузи. Стойка-столик для туалетных принадлежностей с раковиной и большим зеркалом, душевая, санузел. Картина, изображающая стройную женскую фигуру в стиле «ню». Множество различных полотенец и белых халатов из вафельной ткани. 
В общем – живи – не хочу! 
 
18 января. Таиланд, Паттайя. День второй.
Несмотря на дорожную усталость, спалось на новом месте плохо. Часто выходил на лоджию, смотрел на ночной незнакомый город и южное тёмное небо. Нигде на небе не мог с обзора лоджии узреть знакомые мне созвездия: Большую и Малую медведицы с Полярной звездой, Кассиопею, Орион. Вообще-то небо тут какое-то мутноватое, хотя и тёмное, и звёзды как будто меньше, и светят не так ярко, как у нас. Никак не мог надышаться ароматами Паттайи, а особенно усилившимися запахами плумерии. За день воздух успевает настолько напитаться зноем, что ночью он практически не остывает, разве что понижается градуса на два-три - до самых комфортных для меня +25.
Проснулся окончательно около семи утра. В это время здесь уже наступает рассвет. Спустился вниз, к бассейну – никого. Ну, разве можно пренебречь и упустить такую возможность - с раннего утра вместо душа искупаться в настоящем бассейне! Вода за ночь в нём практически не остыла. Замечательно!
Как и советовала Вика, с утра пораньше отправился на базарчик, что находится совсем рядом, через улицу Таппрайя. Там, на прибазарной площади, уже устраивали свои передвижные столики и жаровни уличные повара и кондитеры. К ночным ароматам стали примешиваться запахи древесного дымка и специфических тайских соусных приправ к горячим блюдам. Сразу за площадью кулинаров начинались торговые ряды базара под общей крышей. Здесь уже вовсю были выложены на столы и прилавки овощи с фруктами. В другом конце рядов – рыба и морепродукты, мясо и мясные полуфабрикаты. Всё свежайшее, и всего такое изобилие! К тому же, весьма сопоставимые с нашими и приемлемые цены.
Денежной единицей Таиланда является бат. Он почти равен нашему рублю (обменный курс его был в это время 32 бата за один доллар), поэтому ориентироваться в местных ценах было совсем просто. Так, для сравнения: десяток яиц – 30-45 батов, свежее мясо (говядина, свинина) – от 120 до 200 батов за килограмм, курятина (уже разделанная и разложенная по видам в отдельных лоточках) – 80-90 батов. Рыба свежая, живая – от 60 батов за килограмм. Креветки свежие – от 130 до 250 батов за килограмм. Свежее молоко – от 30 батов за литр... Фрукты: ананасы, бананы, манго, папайя, мангустин, рамбутан, драконий глаз – всё в пределах 20-50 батов за килограмм, яблоки – 10-15 батов... То же касается и овощей, включая знакомые нам картофель, помидоры, огурцы, лук, чеснок, сладкий и острый перец, капусту, зелень кинзы, петрушки, укропа... Много всякой зелени и приправ – чисто тайских, мне неведомых.
Всю продукцию взвешивают здесь при тебе на весах, правда, частенько старых, механических, и даже со ржавчиной. И рассчитывают всё в килограммах и нормальных литрах, а не в пресловутых наших торгашеских фасовках по 460, 800, 840 граммов или по 860-900 миллилитров. 
«Хау мач?» - самый ходовой вопрос на всех рынках (да и в маркетах), что означает «Сколько это стоит?» В ответ на него тебе показывают цену за килограмм (штуку) или стоимость взятых продуктов на табло микрокалькулятора. 
 
20 января. День четвёртый. Резервация.
Из окон и с лоджии нашего номера хорошо просматривалась «сойка-5» - в сторону моря. 
Слева – иммиграционная служба, а напротив неё – своеобразная резервация, обнесённая глухим высоким бетонным забором. Из окон наших апартаментов и лоджии очень хорошо просматривалась эта резервация, представляющая собой три ряда сплошных бараков под двухскатными крышами из рифлёного профильного железа или шифера.
Вот она – ещё одна сторона многоликого современного капиталистического сити! Сторона нищеты на фоне роскошного блеска!
Оставив Людмилу на площадке бассейна купаться и загорать, решил один немного побродить по окрестностям. Моё любопытство занесло меня в резервацию, что маячит перед нами, портя вид и впечатления. 
Хижина негра дяди Тома по сравнению с тем, что я там увидел, выглядела бы, наверное, настоящим дворцом. В этой резервации жил и существовал всякий обнищавший сброд– из местных безработных тайцев, всевозможных метисов, китайцев, малайцев и прочих «гастеров», прибывших сюда в погоне за счастьем и лучшей долей. Возможно, именно потому и поместили эту резервацию напротив иммиграционной службы, чтобы можно было удобнее контролировать этих обездоленных. Клетушки-перегородки - из всё тех же листов жести и шифера, с опорными столбами из стволов пальмовых деревьев, верхушки которых в иных местах прорастали сквозь жалкую кровлю, - кишели малолетней полуголой ребятнёй, тощими стариками и старухами со слоноподобной сморщенной смуглой кожей, бродячими флегматичными отощавшими и облезлыми собаками и кошками... В квадратном открытом бетонном водоёме, размером метра четыре на четыре, люди брали воду для своих нужд, тут же умывались и стирали... 
Вся территория резервации захламлена бытовым мусором. Однако и тут, как в приличном жилом квартале, обнаружил я две-три общественных «столовки»-кухоньки – с убогими столиками, такими же седушками, с непременными жаровнями, котлами-кастрюлями и специфическим соево-соусным запахом. Правда, все эти запахи перебивались духом смердящей антисанитарии и, даже не бедностью, – самой настоящей болезненной нищетой. 
Покинув резервацию, перешел на параллельную нашей, четвёртую, совсем узенькую, «сойку». Разумеется, и тут нет никаких пешеходных дорожек и тротуаров. По обеим сторонам её поднимаются пятиэтажные коробки довольно облезлых и обшарпанных зданий, напоминающих наши (ещё советских времён) рабочие и малосемейные общаги. По всему видать, здесь преобладают так называемые комнаты-студии для малообеспеченных людей. Первые этажи этих строений занимают всевозможные прачечные, химчистки, парикмахерские, торговые точки, зачуханные закусочные забегаловки и прочее. Всё это – явно для бедноты. И тут – повсюду очевидные признаки антисанитарии и зловония. Отрадно, однако что вопреки всему здесь не видно ни мухоты, ни крыс с мышами. Зато, говорят, водится несметное количество крупных тараканов!
 
Вечер. Ночной рынок.
С наступлением темноты подались с Викой на «тук-туке» от «Фудмарта» по улице Теппразит к ночному вещевому рынку. Теппразит в это время представляет собой сплошной нерегулируемый поток автомашин и мотороллеров. Из автомашин преобладают заполненные людьми «тук-туки». Самые отчаянные байкеры на своих мотороллерах снуют, как камикадзе, лавируя между отдельными машинами, подрезая и подставляя себя, казалось, под их колёса. Но и тут не пришлось наблюдать ни одного ДТП!
Ночной вещевой рынок - это огромная площадь, состоящая из торговых рядов под двухскатными крышами. В рядах – с каждой стороны – сплошные бутики и лавчонки, отделённые друг от друга тонкими картонными или матерчатыми перегородками. Признаться, обилие товаров и их разнообразие мало нас удивило. Привыкли уже к этому и мы, россияне, благодаря китайским и своим рынкам.
Отличается этот рынок от наших разве что некоторым национальным колоритом – специфическими орнаментами с изображениями слонов и драконов, покроем женской одежды, кожаными, ювелирными и сувенирными изделиями. Их тут и впрямь превеликое множество. Цены тоже могут показаться несколько своеобразными. Так, за большинство вещевых изделий, будь то платье, шляпа, кепка, мужская или женская обувь из искусственной кожи, сувенир-безделушка или что другое – просят: 129, 159, 199 или 259 батов! Сторговываться можно до круглой суммы, но вряд ли уступка будет больше, чем на девять батов. Дороже всего здесь стоят вещи для детей. Ну, и изделия из натуральной кожи и камней, а также оригиналы и отличные копии-дубликаты произведений народного промысла. 
Побродив по рядам и больше приглядываясь, нежели прицениваясь, Людмила купила несколько вещей из одежды и обуви для нашего внука, майку с шортами – для зятя, да какое-то женское платье из тайского шёлка. За 70 батов я сторговал себе тёмные очки. Как и повсюду и на этом вещевом рынке, в соседних рядах, можно купить различные экзотические тропические плоды, откушать блюда национальной тайской кухни, побаловаться фирменным мороженым или ледяным коктейлем, приготовленным у тебя на глазах из свежих фруктов.
Возвращались с рынка на «тук-туке», набилось в него аж пятнадцать человек. И все – исключительно русские.
 
22 января. День шестой. Парк Нонг Нуч.
Сегодня у нас запланирована экскурсия в тропический парк Нонг Нуч.
Выезжаем в половине десятого всё тем же микроавтобусом турфирмы: мы втроём в сопровождении Вики. Попетляв по городу, выехали на Сукхумвит, миновали комплекс Амбассадор-сити. Сукхумвит – магистральная улица-трасса – самая длинная улица в мире. Её длина – порядка 750 километров. Она соединяет Таиланд с Камбоджей и едва ли не с Бирмой (Мьянмой). Она прямая, широкая, многополосная и скоростная. Вдоль неё, по обочинам, всё также насажены пальмовые деревья и цветущие кустарники, а за ними – сопровождают улицу-трассу всякие строения, дома и домишки, вплоть до примитивных хижин.
 Минуем небоскрёбы Амбассадор-сити, в котором, по некоторым данным, предоставляется иностранным туристам порядка 4 тысяч апартаментов. 
Тропический парк Нонг Нуч – визитка Паттайи! Он старше самого города Паттайя лет на пятнадцать. Занесён в книгу рекордов Гиннеса. И волне заслуженно! Могу с уверенностью утверждать: тот, кто побывал в Таиланде и Паттайе и не посетил парк Нонг Нуч, потерял едва ли не половину.
Ещё в 1954 году некие мистер Писит и мадам Нонг Нуч Тансака решили в провинции Чонбури, на 163-м километре трассы Сукхумвит, приобрести у правительства 600 акров земли (порядка 250 гектаров) – под сельхоз угодья. Позднее они перепрофилировали эти земли с учётом интересов туристов. Более тридцати лет потребовалось мадам Нонг Нуч на то, чтобы собрать здесь уникальные коллекции тропической флоры и фауны, а также разместить несколько десятков оригинальных образцов буддистских тайских храмов. Уже в 1980 году тропический парк, получивший официальное название имя его создательницы, был открыт для посещения туристами. В настоящее время его ежедневно посещают до трёх тысяч туристов и школьников. Его директором с 2001 года стал сын Нонг Нуч – Кампон Тансака, который ревнительно бережёт и вносит в дело матери и свой вклад. Так, в павильоне автомобилей представлено более сорока экземпляров легковых авто из его личной коллекции!
Только в этом тропическом парке собрана уникальная коллекция из 1300 видов пальм! Всего же, по утверждению гида Васи, в мире насчитывается порядка 2 тысяч видов пальм. Термин «уникальный» применим здесь практически ко всем другим собраниям и коллекциям. 
Итак, уже почти сразу от с Сукхувит к парку стали заметны ухоженность и порядок. Вдоль дороги, ведущей в парк, стояли в бетонных кадках (размером от ведра и до полукубометра) выращенные на продажу молодые пальмовые деревья. Квадраты придорожных полей тоже представляли собой пальмовые питомники.
Въехали на территорию парка. И пять приятно удивила чистота и порядок кругом. А по левую сторону – террасками – исключительно зелёные насаждения-кустарники, сформированные и подстриженные под различные фигурки птиц и животных: зайцев, лис, коз, слоников, жирафов, фламинго, орлов... Территория парка расположена в долине, окруженной горами. По каньону парка даже протекает не то небольшая речушка, не то довольно широкий ручей, образуя в местах запруды зарыбленные водоёмчики.
 
Национальное тайское шоу.
Парк Нонг Нуч, помимо своего прямого назначения, выполняет сейчас ещё и функции зрелищного учреждения, здесь проходят развлекательные шоу.
Уже на входе в парк нас встретило скульптурное сооружение - в виде трёх пятиметровых початков кукурузы. А само оно выполнено из огромного количества настоящих зрелых жёлтых кукурузных початков.
Наши консультанты советовали не останавливаться у фермы с чёрными африканскими слонами. Поторапливали в просторный зал, похожий на арену цирка, вмещающий не менее полутысячи человек. Выдали каждому по бумажному номерку на клейкой основе – как проходной билет на все аттракционы и шоу парка. Свой номерок я прилепил на оголённое правое предплечье.
Мы вошли в это помещение едва ли не первыми. Зал был ещё совершенно пуст, и мы устроились на низких лавочках в самом первом ряду, отгороженном от арены невысоким парапетом. 
Сцена-арена представляет собой два яруса: первый, дальний ярус – статичная широкая площадка. Второй, нижний, выдвижной ярус на рельсах, приближающийся почти вплотную к первым рядам зрительного зала. 
Минут через десять зал заполнился почти до отказа, и началось сорокаминутное национальное тайское шоу потрясающей зрелищности!
В зале медленно гаснет свет, и под звуки национальной тайской музыки на манеж выбегают ведущий и извивающийся, танцующий «дракон», которого изображают два тайца. За ним дефилируют молодые, красивые, очень пластичные, с лучезарными улыбками тайки в ярких национальных костюмах.
Не менее роскошны и декорации задников сцены. Они очень яркие и красочные! С каждым номером, длящимся пять-семь минут, они меняются, изображая - то роскошные золочёные дворцы и храмы, то их внутреннее национальное, поистине королевское, убранство, то природу.
Постепенно нижний ярус выдвигается тремя полосами, приближаясь к зрителям, образуя единую сцену, и на нём разворачивается представление. Отличная хореография, движения исполнителей настолько пластичны и гармоничны, что только диву даёшься. Зачаровывают не только движения танцующих в ярких национальных костюмах, но и - живая музыка: всевозможные барабаны, бамбуковые флейты и свирели, струнно-щипковые инструменты. В музыке преобладает восточно-индийский колорит, но в современной обработке. На головах танцующих – золочёные уборы в виде куполов тайских храмов. Длинные, веерообразные шёлковые платья, разного цвета на каждой танцующей, скрывают босые ноги.
В шоу, почти как и в цирке, нет перерывов между самостоятельными номерами. Хореографические номера выполнены в традициях отдельных сиамских провинций, передают их колорит.
Вот на нижний ярус арены выносятся (опять сравнение с цирком) металлические штанги с канатами, закрепляются в полу арены. Минутное дело - и уже готов манеж для тайского бокса. Два бойца в двух раундах тайского бокса искусно имитируют настоящие бои – со всеми приёмами, ударами, увёртками, нокдаунами и нокаутами. И это – очень зрелищно и захватывающе. Наш гид Вася сказал, что тайский бокс возник первоначально не как спорт, а как способ оберегать самые уязвимые места боевых слонов – колени ног. Для этих целей были подготовлены специальные пешие сиамские воины. Потом эти приёмы (удары руками и ногами) были перенесены на спортивные состязания.
Тайский бокс сменяется номером барабанщиков. На сцене – девять огромных барабанов. В них колотушками стучат музыканты, создавая живую ритмическую музыку. 
После этого выходят несколько человек с пятиметровыми бамбуковыми палками, выстраиваются попарно и начинают, взявшись за концы палок, ритмически постукивать по полу, то сдвигая палки, то раздвигая их, всё время убыстряя темп. Выходят ещё несколько пар (парень и девушка) и начинают скакать через эти палки – нечто похожее у нас можно увидеть на детских площадках, когда ребятишки прыгают через скакалку.
Этот номер сменяется номером сражения на мечах. От скрещенных в ударах мечей раздаются громкие металлические лязги и разлетаются настоящие снопы искр. Нижний передний ярус сцены медленно задвигается назад. На арену с бетонно-насыпным полом выезжают всадники на слонах. К пешим воинам на мечах присоединяются всадниками с пиками, и разыгрывается нешуточное сражение.
Завершается всё шоу номером конкурса красавиц. Дефиле красавиц в великолепных нарядах. Королеву красоты с короной и широкой лентой на платье выносят на троне. Всё под музыку, всё под восторженные аплодисменты восхищенных зрителей!
Сцена-арена пустеет, в зале загорается яркий свет, кондиционеры-вентиляторы гонят свежий холодный воздух. Представление окончено. Все зрители встают с мест, поторапливаемые служителями зала и – лавиной на выход. А там уже ожидает всех очередное шоу – шоу слонов.
 
Шоу слонов.
Наши гиды-консультанты умудряются снова занять нам места в самом первом ряду на стадионе, где предстоит посмотреть шоу слонов. Открытый стадион размером едва ли не с футбольное поле. Трибуны зрителей располагаются ярусными рядами под навесами.
В принципе, шоу слонов можно безо всяких скидок отнести к цирковому жанру. Правда, номеров здесь со слонами значительно больше, чем в любой цирковой программе.
Под звуки осовремененного эстрадного исполнения вступления к Сороковой (соль-минорной) симфонии Моцарта начинается парад-алле по периметру стадиона - из 16 африканских слонов с наездниками-хозяевами.
В одной руке каждого наездника полуметровый стек с металлическим острым крюком-наконечником, в другой – узда из никелированной цепи – для управления слоном. Сидят все наездники почти на массивных головах слонов, так как шеи у слонов совсем короткие.
Парад-алле сменяется танцами слонов под звуки начала Первого фортепианного концерта с симфоническим оркестром П.И. Чайковского.
Далее идут номера из спортивных состязаний. 
Слоновий дартс. С расстояния метров в пятнадцать-двадцать два слона поочерёдно мечут дротики в мишени из надутых разноцветных шаров. Зажав дротик в хоботе, с размаха бросают его довольно ловко и метко. При попадании шарик лопается, слон, попавший в мишень, получает зрительские аплодисменты.
Футбол. Один слон стоит в воротах, два других поочерёдно с разбега пинают мяч ногой в ворота. Каждый забитый мяч сопровождается рёвом и аплодисментами «болельщиков», а слон, довольный, раскланивается, машет головой и хоботом или делает книксен.
Баскетбол: зажав хоботом мяч, с разбега, кидают его в кольцо. Весьма успешно и результативно.
Боулинг. Опять-таки с размаха, хоботом, метров с двадцати пяти, слоны попеременно кидают катящиеся шары по кеглям, стоящим в ряд.
Слон-мотоциклист, стоя на трёхколёсной мотоколяске весьма внушительных размером, катается по периметру стадиона.
Эффектно выглядит номер, когда слоны шагают через лежащих на циновках зрителей или хоботом и ногой делают «массаж» лежащему человеку, обычный или даже эротический. 
 «Гвоздём» слоновьего шоу можно считать номер, где четыре слона рисовали на чистых белых майках-футболках, натянутых на подрамники, масляной краской. Хоботами они брали кисти, макали их в краску и прикладывались точечными мазками к полотнам. В итоге получалась – то пальма, то цветок, то ещё какое-нибудь изображение. Такие слоновьи художества тут же предлагались желающим зрителям приобрести всего 300 батов. Кстати, на выходе из стадиона в одном из павильончиков были развешены такие майки со слоновьими рисунками для продажи по цене 250-350 батов.
 
Павильоны парка Нонг Нуч.
Парк представляет собой множество относительно самостоятельных павильонов. Сначала мы попали в зоопарк. Помимо туристов, сюда на экскурсии практически ежедневно привозят несколько автобусов школьников в бело-синей форме. Есть чему здесь поучиться и увидеть собственными глазами, а не узнавать со слов учителя.
Зоопарк – это комплекс вольеров и вольерчиков – всё с теми же повсеместными пальмами и искусственными нагромождениями камней. Кроме павильонов с живыми экзотическими представителями фауны, здесь довольно много площадок с терракотовыми фигурками в натуральную величину: пингвинов, фламинго, игуан, варанов, панд, зебр, жирафов, коз, овец и прочего. 
Огромные змеи в стеклянных закрытых серпентариях самой разной расцветки и размеров лениво и апатично взирают на туристов, причудливо свившись и даже свисая с ветвей деревьев и лиан.
Черепахи, едва ли не с метровым панцирем, дают погладить себя всякому желающему. Тут же и черепашки поменьше, и даже совсем небольших размеров.
Вверху, на пальме, на небольшой искусственной площадочке устроилась маленькая обезьянка, на цепочке и с грустными глазами. 
Довольно разнообразен в парке птичий двор. Встречаются даже миниатюрные (японские) курочки с пёстрыми петушками. Разноцветные яркие попугаи ара с толстыми клювами и длинными хвостами издают крики, имитируя человеческую речь. Розовые фламинго и ширококлювые пеликаны подпускают к себе людей на вытянутую руку. Кургузые киви, с длинными загнутыми клювами, церемонно вышагивают на тонких длинных ножках. У небольшого ручейка с озерцом сидят и плещутся пекинские белоснежные уточки. 
В ухоженных вольерах, куда можно войти посетителям, много разнообразных копытных животных. С десяток овечек тянутся своими доверчивыми мордашками к людям, разрешая погладить себя. Козочки и маленькие грациозные косульки с рожками покорно жмутся к ограждениям. Пони и ослики соседствуют вольерами с рыжими лошадьми, полосатыми зебрами, дымчатыми мулами, рогатыми буйволами...
Сад-павильон бабочек обнесён мелкой сеткой. В нём на кустах и растениях – тысячи бабочек, как в огромном калейдоскопе, самых причудливых расцветок и узоров.
Вся территория парка – ботанического сада – изрезана ухоженными узкими дорожками и тропинками, галереями, открытыми и под стеклом, переходами, мостиками, лестницами. Заблудиться и заплутать здесь – пара пустяков. 
Ботанический сад, как и зоопарк, сгруппирован по видам растений. Повторюсь, пальмы здесь повсюду. Некоторые из них покорно донорствуют другим растениям-паразитам, в том числе и орхидеям. Встречаются такие пальмы-гиганты, что ствол их в несколько обхватов, а по срезанным нижним ветвям, как по приступкам или лестничным полкам туристы взбираются на три-пять метров вверх и фотографируются на них. Листья отдельных пальм напоминают огромные, метра в полтора, зелёные плиссированные вееры. Вперемежку с пальмами встречаются и бамбуковые растения.
Сад кактусов – сотни видов этих колючих зелёных сочных растений! Есть и продолговатые, и круглые, как шары, в метр диаметром. И совсем малюсенькие, будто ёжики мангустина. Некоторые из них цветут, выбрасывая из пазух и макушек свои нежные причудливые цветы. 
По лестницам и галереям поднимаемся вверх. С семиметровой высоты галереи хорошо видно, как вдоль парка проходит довольно широкая асфальтированная дорога. По ней проезжают редкие служебные автомашины и вальяжно шествуют слоны, катая на себе туристов.
Отсюда видно, как островерхие зелёные сопки обрамляют территорию парка. Проходим на самую верхотуру галереи, откуда открывается замечательная панорама. Почти на самой верхней обзорной площадке, чуть в сторонке, четырёхскатная крыша-звонница. На ней подвешен колокол, по которому можно всякому желающему ударить деревянной твёрдой бумерангоподобной колотушкой, загадав желание. Чистый звон, как православный благовест, разносится по долине.
А в долине – истинное чудо света! Так называемый Французский сад. Дух захватывает от его красоты и великолепия! По самому низу – идеально ровная площадка размером в три футбольных поля. Вся она покрыта аккуратно подстриженной ярко-зелёной газонной травой. Три ряда плотнорастущих, абсолютно розового цвета, кустарников «расчерчивают» эту огромную клумбу на геометрические фигуры-узоры. По полю вразброс, но симметрично, высятся тёмно-зелёные трёх-пятиметровые четырёхгранные пирамиды-кустарники. Ярусом выше – шарообразные деревья.
Это поле-клумбу, как огромный стадион, опоясывают пять рядов-ярусов, на которых выстроились самые настоящие беломраморные уникальные буддистские мини-храмы, с сотню, не меньше. Все они не повторяют друг друга ни своей архитектурой, ни скульптурными группами - из Будды, драконов, змей, слонов ни орнаментами и украшениями. В основании каждого храмика – площадка метров пять на пять. И высотой каждый из них с острыми шпилями-иглами – тоже от трёх до пяти метров. 
И повсюду на всей многогектарной территории парка поражают образцовая чистота и порядок!
Мы посещаем уже упомянутый автосалон – личную коллекцию современных автомобилей директора этого заведения. 
Вход в оранжерею орхидей предваряет Сад горшков. Это – тоже уникальное творение рук человеческих - гончаров-ремесленников, художников-дизайнеров и строителей-декораторов. Из сотен тысяч керамических светло-коричневых цветочных горшочков, диаметром сантиметров в пятнадцать, здесь выстроены целые архитектурно-скульптурные группы, начиная от «триумфальной» арки-ворот и до вёсельно-парусной лодки-шлюпки.
В стеклянной оранжерее собраны сотни видов благоухающих цветущих орхидей! Помимо орхидей, здесь немало цветущих кактусов, тоже в горшочках, каких-то незнакомых мне цветов. В небольших водоёмчиках – розовато-фиолетовые лотосы, а в мутноватых прудах и прудиках безбоязненно плавают рыбы, которых даже разрешают покормить специальным кормом....
За всю нашу многочасовую экскурсию по парку Нонг Нуч мы не встретили ни одного рабочего садовника или уборщика. Говорят, что уходом за животными и наведением порядка занимаются здесь в то время, когда парк закрыт для посетителей, то есть в вечерние и ночные часы...
 
 
23 января. День седьмой. Итальянский ресторан.
Волкин-стрит.
Вчера вечером, уже потемну, ходили к морю вдвоём с дочерью Настей. Побродили босиком по мокрому отливному песку. Видели двух рыбаков, что прямо у пляжных боковых буйков, забредя по пояс в воду, втихаря в темноте ловили спиннингами.
Вечернее побережье моря - особенное. В нём есть что-то тревожно-завораживающее. Множество прибрежных огней отражаются в черноте моря. Вздымаются в мглистую высоту огни небоскрёбов и башен. Решили дойти побережьем до башни. На отливном песке встретили несколько морских звёзд и выброшенных снулых рыбёшек, пособирали мелкие зелёные створки раковинок. 
День провели на пляже и в бассейне – беззаботно, в неге и истомной лени. Сегодня освоили иное пляжное место – ограждённое буйками. Дальние буйки – метров за сто от берега. Несколько раз с Настей плавали до них и обратно. Она плавает уже лучше меня. Изрядно поджарились, особенно Настя. 
Всё чаще появляется мысль, что всё это благолепие может закончиться также внезапно, как и началось. Что через какие-то три дня уже придётся возвращаться к себе на Родину – в морозы и снежные метели. Признаюсь честно: соскучиться по сибирской зиме не успели.
Сегодняшний вечер принёс мне сплошное разочарование и скверное настроение. А причиной тому – поход в ресторан.
Турфирма «Времена года», помимо путёвки, подарила нам ещё и несколько бонусов. Один из них – бесплатное (точнее, уже за счёт фирмы «Oasis world») посещение ресторана. Правда, оговорена сумма – полторы тысячи батов. А там – доплачивай сам, если не уложился.
Принарядились все, сменив шорты, майки и шлёпанцы на вечерние наряды. Около семи часов вечера Вика подъехала к отелю на микроавтобусе и, прихватив ещё одну семью со своим консультантом, двинулись в центр. 
Не избалованы мы, нынешние россияне-пенсионеры, ресторанами, не то, что наша младшая дочь Настя! Лично мне как-то всё меньше и меньше стала нравиться колготня больших компаний. Люблю посидеть с приятелями или роднёй узким кругом, кулуарно – где-нибудь дома, на даче или у рыбацкого костра на бережку. А в ресторане чувствую себя скованно и даже как-то виновато, будто на поминках. К тому же, у меня ослабленный с детства слух, шумовые помехи совершенно лишают меня возможности вести беседу даже с визави.
Итальянский ресторан, куда привезла нас Вика, находится практически в центре, на берегу моря, на Пляжной (Beach Read) улице, перерастающей в Волкин-стрит. Это – довольно просторное двухэтажное помещение. Вчетвером мы заняли свободный столик на втором этаже ресторана. Официант принёс нам меню, которое долго изучали мои дамы. Я решил полностью довериться их вкусу, тем более, что ни шиша не разбирался в тонкостях итальянской кухни.
Заказ наш выглядел более чем скромно: по фирменному блюду пасты (лапши-спагетти) и общая пицца – на всех. Из напитков Настя с Викой заказали фирменное тайское пиво, Людмила – красное вино, мне – светлый ром.
Принесли напитки, один вид которых уже поверг меня в замешательство. Моего рома оказалось в стопке граммов тридцать – что называется, губы помочить. Правда, к нему подали ещё и стакан колы с колотым льдом. Насте и Вике принесли мутновато-оранжевое пиво – в расширяющихся к верху тонкостенных полулитровых бокалах. Хоть и не в правилах ресторанного этикета, но сделал на пробу глоток этого пива из Настиного бокала. Это пойло с большой натяжкой можно было назвать пивом. Чем-то напоминало оно мне вкус маринадной водички из баночки кукурузы «Бондюэль».
Ещё больше разочаровало принесённое блюдо. На широкой тарелке довольно жалкой кучкой, похожей на извивающихся белых длинных червей, расползлась лапша, присыпанная сверху какими-то коричневатыми ошмётками. У нас даже в общественных столовых такое можно увидеть лишь как гарнир ко второму блюду из мяса или рыбы. При пережёвывании не ощущалось никакого вкуса. А присыпанные сверху крошки напоминали мелко нарезанные (или даже тёртые) шкурки от сыро-копченой колбасы. Да-а-с...
Шум за соседними столиками и обрывки какой-то музыкоподобной какофонии, доносящиеся с нижнего этажа, совершенно лишали меня слуха. Я не был в состоянии разобрать слов сидящей рядом со мною Людмилы. 
Принесённая нам пицца выглядела внешне довольно эффектно: на огромном деревянном блюде в полметра диаметром, лежал плоский блин, художественно украшенный тонким слоем из нарезки: свежих красных помидор, бордовых колбасных кружочков, зеленоватых оливок, чёрных бусин маслин, бесформенных серых кусочков консервированного тунца, полосок красного перца и чего-то ещё. Весь этот художественный пищевой конгломерат напоминал мне сваленные в одну тарелку остатки салатов от вчерашней сытной вечеринки – как полупрокисшую закуску к опохмельной рюмке.
Разрезать этот круг пиццы принесенными столовыми ножами на порции было весьма проблематично - из-за тупости ножей и окаменелой чёрствости блинной основы. Рецепторы моего рта с трудом улавливали вкус начинки, а зубы – того и гляди грозились попасть на приём к дорогому местному стоматологу...
Моё настроение упало ещё ниже, когда принесли нам счёт, по которому, помимо лимитированных полутора тысяч батов, нужно было присовокупить ещё пятисотенную. Официант сдачу в сто батов не вернул, посчитав, видимо, за чаевые. И за что, спрашивается?!
Абсолютно трезвым и голодным, в скверном расположении духа, часа через полтора я покидал фирменный итальянский ресторан, выказывая своё недовольство и моим спутницам. 
Потом мы попали на Волкин-стрит. И пешими двинулись по ней, параллельно берегу моря. Все участки прибрежного моря расцвечивались огнями от стоящих на приколах и якорях разномастных судов и плавучих ресторанов.
Волкин-стрит – это центр ночной жизни Паттайи. Вся жизнь здесь начинается с наступлением темноты. Толпы народа разного возраста и национальностей, казалось, хаотично бродят по этой улице. По обеим сторонам Волкин-стрит - сплошные ресторанчики, бары, открытые кафешки, бильярдные, лотки и стойки со столиками и спиртными напитками... И повсюду – рекламные зазывалы! Моложавые тайцы объявлениями, в поднятых вверх руках, предлагают посетить их заведения и отведать блюда по указанным ценам. Молоденькие, стройные и красивые тайки (а, может, и трансвеститы) в фирменных легких одёжках предлагают «Гоу-гоу» - заглянуть к ним в стриптиз-бары с дальнейшим продолжением утех и сладострастия. Вот народ столпился возле чего-то. Оказалось, почти немыслимое. Дама-аборигенка средних лет сидела на табуретке посреди улицы – вся облепленная сотней ползающих по ней чёрных скорпионов! Метров через сто – ещё одна, такая же. Наперебой - десятки желающих сфотографироваться рядом с нею.
Раздались какие-то громкие звуки национальной музыки. И под них, из ближнего ресторанчика или бара, извиваясь, стал пробиваться сквозь толпу людей огромный, метров пятидесяти длиной, красный дракон, на десятке пар человеческих ног – символ наступающего по восточному календарю Года Дракона! Вверх с грохотом стали взмывать разноцветные огни петард и фейерверков. 
По мере продвижения по Волкин-стрит нарастали скученность и хаотичность не только движения, но и безумства всей толпы, превращающейся в единый организм. То из одного, то из другого полуоткрытого ресторана доносились звуки немыслимых децибелов рок и рэп-музыки с ревущими в микрофоны музыкантами и беснующимися на танцполах посетителями, разогретыми спиртным и массовым психозом.
Боже, куда я попал?! Сплошной дурдом! Не за это ли Ты, Господи, так жестоко и назидательно покарал библейские Содом и Гоморру?! И Конец Света, предрекаемый уже в декабре этого года, показался мне не таким уж мифическим и нереальным... 
Свернули налево, попали на улочку «Арабского квартала», где уже было не так многолюдно, но и там, в барах и ресторанчиках, повсюду тоже сидели люди. Вульгарно развалившись на мягких креслах и диванах, млела сильная половина, куря благовонные кальяны, а вокруг них, исполняя танцы живота, вились наложницы и адалиски...
Доехав на «тук-туке» до отеля, я оставил у входа жену и дочь, а сам метнулся за угол, в «7-eleven», взял за 95 батов бутылочку рома – снять стресс, полученный на Волкин-стрит, и добрать у себя в номере то, чего не получил в ресторане...
25 января. День девятый. Остров Ко Лан.
Проснулся рано от того, что увидел во сне погибшего почти восемь лет назад своего друга-корейца Юру Ли. И вспомнил: сегодня же у него день рождения! От этой мысли стало немного тревожно. Надо же! Таким вот образом напомнил друг о себе. Надо бы непременно помянуть его – со спиртным и рисом. Кстати, что-то со спиртным было связано и в сновидении... Ну, а рис – это их, корейцев, национальная еда, в том числе и поминальная.
На завтрак Людмила отварила рис – к свежим креветкам и печёной ставридке, что я взял на рынке. Распечатали бутылочку рома «Hong Thong». Помянули Юру. Да, почти восемь лет прошло уже, как он нелепо погиб в автокатастрофе, а до сих пор мне его не хватает. Светлая память о нём...
После обеда мы с Настей решили отправиться самоходом на остров Ко Лан, расспросив кое-что у русских и рассмотрев карту.
От Фудмарта (нашей точки отсчёта и ориентира) поехали с ней на «тук-туке» до гостиницы Сиам Бэйшор. Выйти пришлось немного раньше. Взяв направление к морю, точнее к пирсу Бали Хай, двинулись по узенькой улочке, которая метров через четыреста завела нас в тупик. Пришлось вернуться. Немного поплутав, попали на знакомую уже улочку Арабского квартала, а через неё – на окончание Волкин-стрит. А там – рукой подать и до пирса.
Успели на паром, отбывающий с пирса на остров Ко Лан в 15.20. Остров Ко Лан (в нашей транскрипции) расположен на западе, в десяти километрах от береговой Паттайи. Он – холмист, с джунглевой растительностью и живностью. Длиной до пяти километров и в ширину – более километра. Рядом с ним ещё островок, метров на триста, – покрытый растительностью с одной стороны, и скальный – с юго-западного берега.
Пирс Бали Хай расположен в довольно просторной бухте, вдаётся своими причалами метров на 350 вглубь залива Паттайя. Посмотрев по схеме, откуда отчаливает паром на нужный нам остров, едва ли не бегом поспешили к нужному месту. У причальных площадок много катерков с зазывалами, которые на русском языке предлагали всего за двадцать минут и за 300 батов доставить нас на остров. Мы отказались.
Добрались до причала, где пара двухпалубных судов лениво покачивалась на небольшой волне. По надписям (на английском) мы догадались, что оба они курсируют до острова и обратно. Один из этих паромов-катеров довольно быстро заполнялся пассажирами. Убедившись, что мы не ошибаемся, взяли билеты по 30 батов и через носовой трап поднялись на верхнюю палубу судна. Устроились на боковых сиденьях по правому борту, почти рядом с рубкой кормчего.
Паром-катер вмещал на двух палубах человек триста пассажиров. На креслах-сиденьях и сверху – на каждого пассажира - разноцветные спасательные жилеты, которые, впрочем, надевать никто не предлагал. К причалам пирса то и дело приставали и отчаливали похожие на наш судна с туристами. По бухте носились водные мотоциклы и катера, лавируя между судами и стоящими на якорях плавучими ресторанами, которые своими рекламами зазывали клиентов. 
Вода в бухте, уже у пирса, значительно чище, чем на пляжах Джомтьена. Море спокойно, почти штиль. В назначенное время отошли от причала
По мере углубления в море и удаления от пирса всё живописнее и шире проступала панорама Паттайи, всех её побережных районов. По башне-шпилю с наклонными подъёмными канатами и кабинками-фуникулёрами на них легко угадывался наш район Джомтьен. Ещё южнее высились два жилых и два строящихся (обтянутые зелёной строительной сеткой) небоскрёба Ambassador-city. За жилыми районами громадились зелёные сопки, опоясывающие город и уходящие своими мысами в заливы. А от них, морем, удаляясь, убегали темнеющие горные острова.
Паром шел ровно, качки почти не было. Встречный ветерок ласкал нас, оберегая от зноя. Мы с Настей попеременно фотографируемся – то на фоне моря, то удаляющегося города, то приближающихся островов. Здорово! Как давно не приходилось мне бывать в открытом море. 
Минуем совсем небольшой островок, прибрежными скалами похожий на тот, где снимал свой фильм «Десять негритят» Станислав Говорухин.
Как и указывалось в расписании, минут через 45 мы причаливаем к пирсу острова Ко Лан – самого крупного вблизи Паттайи. 
Повсюду в бухточке на якорях колышутся рыбацкие моторные шхуны и даже вёсельные шлюпки, ощетинившиеся спиннинговыми удилищами. Прямо по пирсу шныряют мотоциклисты, наперебой предлагая туристам за 30-50 батов свои услуги по доставке на выбранный пляж. Согласно рекламным проспектам, на Ко Лане есть пять организованных пляжей со всеми удобствами и даже пляжными кафе и ресторанчиками.
Ещё на подходе к пирсу, по правому борту, с северной оконечности острова я заприметил желтоватую полоску берега и фигурки купальщиков. Предложил Насте пройтись до того места пешочком, немного ознакомиться с островом и искупаться на виденном пляже. До отхода последнего парома назад, в город, у нас было два с половиной часа.
Сразу от пирса нас встретили оживлённые узкие и извилистые улочки с одно-двухэтажными строениями. Как и в Паттайе, первые этажи и пристройки к ним занимались всевозможными бутиками, павильончиками, закусочными и питейными заведениями – с улыбчивыми и приветливыми лицами их хозяев. Специфические запахи тайской кухни перемешивались с ароматами плумерии, орхидей и других кустарников и цветов. Порой их перешибали амбре бытовых гниющих отходов. 
Добротные дома коттеджного типа с ухоженными огороженными двориками и белокаменными буддистскими храмиками в них перемежаются и здесь с убогими домишками и хижинами. Обочины улочек, пустыри и подступающие вплотную джунглевые заросли, как и в городе, невероятно замусорены и портят впечатление. 
Песчаная тропинка со следами от мотоциклов вскоре вывела нас к ограждённым металлической сеткой домикам. Здесь между двумя десятками безлюдных аккуратных одноэтажных домиков, с верандочками по газонам проложены бетонно-асфальтовые дорожки. Одинокий таец-садовник поливал их из шлангов, перемещаясь к кустам плумерии и невысоким пальмам. Мы явно попали на территорию какой-то небольшой туристической базы. 
Минут через тридцать оказались в уютной бухточке, на территории пляжа длиной всего метров в двести. К этому времени пляж уже почти полностью обезлюдел. Опустели и торговые ряды – длинные деревянные столики и лавочки под примитивными самодельными пальмовыми навесами. Лишь две пары купающихся да мы с Настей оказались сейчас на этом пляжике. А вода здесь – чистая-чистая и совершенно прозрачная! Не настолько, как в городе, захламлен и пляжный песок. Поплавали, пофотографировались, подышали чистым морским воздухом. Настя предупредила меня, чтобы я был поосторожнее: в глубине, на дне она через очки разглядела множество тёмных шариков морских ежей, уколы которых очень болезненны и даже опасны. А я их нигде даже и не заприметил.
 Минут пятьдесят на пляже, и мы, немного обсохнув, уже идём обратно к пирсу, но не вдоль моря, а асфальтовой дорогой, с пешеходной обочиной. По дороге навстречу нам попадаются редкие мотоциклисты, парочка «тук-туков» и пешие аборигены, возвращающиеся с покупками. То там, то тут нам встречаются небольшие разработанные и огороженные участки земли, засаженные тапинамбурами, ананасами и какими-то незнакомыми огородными растениями и овощами. 
Последний паром с острова заполнился быстро и до отказа. Мы опять устраиваемся на боковой лавочке-банке, смотрим на море и удаляющийся остров Ко Лан. К вершинам его сопок стремительно падает раскалённое солнце. К пирсу Бали Хай подходим, когда спускаются сумерки и зажигаются первые огни города. Справа, на склоне сопки, огромными латинскими буквами высвечивается розовыми огнями надпись P A T T A Y A, а чуть правее, буквами поменьше, курсивом – c i t y. А ещё выше, над ними и верхушками сопок, улёгся на спину тонюсенький серпик желтоватого молодого месяца.
В отель вернулись на «тук-туке», когда в городе совсем стемнело, - довольные и в хорошем настроении. А обошлась нам такая поездка со всеми транспортными расходами всего в 160 батов на двоих. Экскурсионная же, организованная на остров, стоит 500 батов на каждого...
 
26 января. День десятый. Храмовый комплекс 
  Вихарнра Сиен. Скала Большого Будды.
По пути наш гид Николай сказал, что мы едем не с обзором по городу, а в Королевский храмовый комплекс, священное место. Предупредил, чтобы мы там вели себя поскромнее.
Территория Королевского храмового комплекса Яннасангварарам располагается невдалеке от парка Нонг Нуч. Это – святое место для всех аборигенов-буддистов. По преданию, тут находится отпечаток стопы самого Будды. Для иностранных туристов Королевский храмовый комплекс – с замечательными действующими храмами, с высокими островерхими пагодами, зарыбленными водоёмами и цветущими в них лотосами – закрыт. 
Зато доступен китайский храм Вихарнра Сиен, расположенный на территории этого комплекса.
Вихарнра Сиен – храм-музей. Это тоже целый самостоятельный оригинальный комплекс сооружений с замечательными и уникальными собраниями и коллекциями экспонатов.
По одной из легенд, некоему богатому военному-китайцу, жившему в Таиланде, приснился сон, будто бы на него рассердился сам Будда и грозился отвернуться от него. Чтобы этого не случилось, китаец решил вложить всё своё состояние в строительство китайского буддистского храма и подарить его нынешнему королю Таиланда, Раме Девятому.
Такой храм было разрешено построить на территории Святого места. Началось воздвижение. Однако на строительство у китайца денег не хватило. Тогда недостающие средства ему выделил сам король, который приезжал лично на открытие храма. После возведения потребовалось ещё несколько лет на то, чтобы собрать здесь различные экспонаты, заполнив ими огромные и просторные внутренние помещения, веранды и прилегающую территорию.
Территория Вихарнра Сиен ограждена и охраняется полицией и военными. Здесь и в самом деле собраны уникальные экспонаты. Но, сам храм – оригинальное архитектурное сооружение, выполненное в стиле китайских традиций. 
Внешне Вихарнра Сиен представляет собой кубообразное многоуровневое каменное сооружение, с плоской крышей и с загнутыми кверху краями, украшенными карнизами различными яркими орнаментами, золочёными драконами, божествами и прочим.
Позолота вообще характерны для изображения Будды и храмовых сооружений. Тем контрастнее выделяются на её фоне абсолютно чёрные скульптурные бронзовые фигуры – всевозможных правителей, военачальников, служителей культа, которые расставлены здесь повсеместно – как по отдельности, так и группами – на террасах, ярусах храма внутри него и даже во дворе. 
Узорчатые решетки створок входных ворот в храм украшают чёрно-белые метровые круги, разделённые каплеобразно – китайско-буддистские символы мужского и женского начала – инь и янь.
Сразу за воротами, во дворе храма начинаются скульптурные изображения львов-сигхов, драконов; на возвышениях-пьедесталах – чёрные фигуры китайских правителей и воинов в национальных костюмах, причёсках, головных уборах, с холодным оружием в руках.
Широкая мраморная лестница ведёт на террасу. И тут полно всяких чёрных скульптур, среди которых выделяется сидящий в кресле на просторном пьедестале упитанный китаец – основатель и строитель этого храма. Вообще, «толстопузость», видимо, возводилась китайцами в некоторое достоинство – потому-то большинство скульптурных фигур правителей и монахов гипертрофированно полнотелы и полнолицы. Чего не скажешь о простых воинах: через худобу и мимику в них подчёркивается удаль, ловкость, жертвенность и преданность. Мимика в китайско-буддистских изваяниях потрясающе выразительна! Кажется, через неё можно передать всё: не только сиюминутное состояние, но и характер, натуру конкретного человека.
История Китая в правителях и династиях – опять-таки через скульптурные изображения: их внешний вид, одежду, головные уборы.
Многочисленные залы и зальчики храмово-музейного комплекса можно условно сгруппировать по некоторым основным направлениям: история Китая и его правители; история, культура и этнография Таиланда и его правители; история буддизма и три его основных направления; Король Пхумипон Адульядет Рама Девятый, его жена и дети.
Итак, история Китая. Представлена она скульптурами целого ряда правителей, воинов, монахов, а также уникальными археологическими находками, картинами, поделками. В одном из залов находится восемь терракотовых оригинальных скульптур из знаменитого терракотового войска в пятьдесят тысяч воинов. Помимо этих скульптур (каждая – в отдельном стеклянном саркофаге) – макет самого захоронения этого войска. Разумеется, представлена и Великая китайская стена – в макетах и фотографиях. Воины в музее - вообще особая категория экспозиций. В одном из залов находится даже чёрная бронзовая конная статуя Чингисхана.
Будда и буддизм занимают основное место в храме. Помимо золочёных статуй Будды – сидящих, стоящих, лежащих – панорамные панно на всю стену, представляющие историю трёх основных направлений буддизма: индуизма, брахманизма и даосизма. 
Забыл упомянуть, что вся экскурсия по внутреннему храму совершается без обуви – в носках, а чаще – босыми посетителями. Идеальная чистота на всей территории храма и внутри него просто поражает!
История Таиланда дана в настенных панно, в том числе и рельефных, портретах правителей, сценах из жизни тайцев, большим собранием артефактов – в виде терракотовых фигурок, костей животных, украшений, поделок из цельного тикового дерева, атрибутов королевской власти, убранства дворцов и храмов... 
Поскольку последний король, Рама Девятый, внёс весомый вклад в строительство и оснащение этого храма, ему и его семейству здесь отведено значительное место в экспозициях. Неисчислимое количество его скульптурных и портретных изображений в гражданском одеянии и в форме военного. Очень много панорамных живописных полотен маслом, где король предстаёт в самых различных ипостасях и со своим семейством. Он не только отец четырёх детей, но и почитаемый здесь, пользующийся огромным авторитетом (не менее, чем Рама Пятый) Отец нации! 
Экскурсоводы и консультанты сразу же предупреждают туристов, чтобы они лишний раз не упоминали имя короля, тем более в негативном контексте. За это можно в полицию и нажить себе немало неприятностей. Видимо, это проявление культа.
На открытой террасе второго уровня храма в боевых позах национального у-шу застыли два десятка чёрных скульптур бойцов-монахов монастыря Шао-Линь. 
Отсюда же с террасы, с западной стороны, хорошо видна скала с изображением Большого Золотого Будды. Со стороны востока – высятся над зеленью пальм остроконечные пагоды храмов королевского комплекса. А вообще, в храме-музее Вихарнра Сиен, к радости туристов, разрешается снимать на фото- и видеоаппаратуру всё, что здесь экспонируется. Что мы и делаем. 
Покидая музей, помимо состояния неописуемого восторга, возникает чувство сожаления и ничтожности: как же мало мы знаем о Востоке, его культуре, истории, религии. И как бы хотелось вернуться сюда ещё и ещё раз – внимательнее рассмотреть каждый экспонат, постоять около него подольше, поизучать, узнать подробнее, пропитаться духом времени и национальной культуры этой замечательной страны и её народа....
...Десять минут езды по асфальтовой дороге, вдоль которой на небольших полях засажены и вызревают повсеместные тапинамбуры и ананасы, и мы подъезжаем к ещё одной святыне и достопримечательности Паттайи, расположенной в двадцати километрах от города – скале Кхао Чи Чан - Скале Золотого Будды. 
По словам гида Николая, сын короля Рамы Девятого задумал сделать отцу подарок к пятидесятилетию его правления Таиландом (1996 год). И решился: на двухсотметровой скале, сняв с неё лишние камни и выровняв, изобразить золотыми пластинами Будду, сидящего в позе лотоса. Порядка ста пятидесяти килограммов чистого золота ушло на этот шедевр! Тонкие золотые пластины изрядной ширины на фоне серовато-тёмной каменной глыбы! Ниже изображения Будды – золотая вязь тайской письменности, а чуть в стороне – стела, на которой указывается, по какому случаю и когда было выполнено сие изображение. 
У подножия скалы разбито несколько огороженных сеткой прудиков, в которых цветут белоснежные крупные лотосы –символ буддизма.
Ухоженные скверики с подстриженными газонами и формованными кустарниками, дорожки – из плитняка и асфальта, очищенные обнаженные переплетённые корни шагающих деревьев, площадки, уютные беседочки и скамейки – представляют релаксационный парк, где многочисленные паломники и туристы могут свершить свои культовые обряды и расслабиться.
Передохнув и пообедав в отеле, искупавшись в бассейне, идём с Людмилой на рынок закупать фрукты, сувениры и кое-что ещё – уже домой.
Вечером пригласили к себе в номер Вику – на прощальный семейный ужин. 
Ну, вот и закончилась наша сказка, наше январское лето. Грустно, конечно. Так быстро пролетело оно. И столько оставило впечатлений!
Столько повидали! А сколько ещё осталось вне нас. Не говорю уже про Бангкок - в той же Паттайе. Взять хотя бы такие её достопримечательности, как Храм Истины, Мини Сиам (где в уменьшенной форме собраны копии архитектурных шедевров мира, в том числе и Пизанская башня, собор Василия Блаженного, Эйфелева башня...), океанариум и крокодилова ферма, обзорная площадка, шоу трансвеститов и многое-многое другое. 
Очень жаль. Хотя, говорят: чтобы почувствовать вкус супа, вовсе не обязательно съедать полную тарелку. Что ж, вкус Таиланда мы почувствовали... Но очень хотелось бы хотя бы однажды ощутить этот вкус ещё разок.
17 января – 17 февраля 2012 г. Паттайя – Кемерово.
Прокомментировать
Необходимо авторизоваться или зарегистрироваться для участия в дискуссии.