Адрес редакции:
650000, г. Кемерово,
Советский проспект, 40.
ГУК КО "Кузбасский центр искусств"
Телефон: (3842) 36-85-14
e-mail: Этот адрес электронной почты защищен от спам-ботов. У вас должен быть включен JavaScript для просмотра.

Журнал писателей России "Огни КУзбасса" выходит благодаря поддержке Администрации Кемеровской области, Администрации города Кемерово,
ЗАО "Стройсервис",
ОАО "Кемсоцинбанк"

и издательства «Кузбассвузиздат»


В сиянии любви и милости. Заметки о русской духовности

Рейтинг:   / 3
ПлохоОтлично 

МИЛОСТИ ХВАТИТ НА ВСЕХ

1 . «ГРАБЛИ, ВИЛЫ ... »

Моя мама, которую в нашей родной приволжской Владимировке все называли баушкой Клавдеей, была милостива ко всякому живому существу. Она хорошо знала «психологию» домашних животных, понимала их «язык», проникалась их интересами.

Обижать или мучить животных она считала большим грехом.

Ее рассказцы о всякой живности всегда были полны какой-то особой теплоты.

Вот, например, страничка ее детства.

«В холодные зимние дни нас на печку загоняли. Сидим там, иногда слышим, как избяные бревна снаружи трещат от мороза.

На печку к нам и кошки залезали: кошки ведь любят погреться, на теплый камушек садятся.

Голоса у них разные, когда мурлыкают. Есть звонкие. Есть грубые - это, наверное, у котов.

А наши бабушки говорят нам:

- Вот, слушайте, о чем кошки поют:

Грабли,

Вилы,

Где вы были?

На гумне молотили,

Доски клали,

В курочку попали ...

Особенно звонко мурлыкает молодой коток.

Самые маленькие не умеют мурлыкать до какого-то времени. А потом тоже нежными голосками начинают:

Грабли,

Вилы ...

Прямо трель какая-то звенящая получается».

 

2 . ГУСИНЫЙ ВЫВОДОК

Другой рассказ баушки Клавдеи - про гусей.

«Гусыни в марте несутся, в апреле рассиживаются, к 1 мая выводят гусят.

Сидят месяц в избе под кроватью, где размещены их огромные, специально сбитые из досок гнезда с мягкой подстилкой.

Под кроватью умещается два гусиных гнезда.

Гусыня выходит из избы днем - поклевать снегу и зерна и выпустить из себя жидкость.

Еще гусыня выходит ночью.

Перед гнездом стоит в сковороде вода, она часто пьет, так как ей жарко, на ней перья.

Возвращаясь с прогулки, гусыня стучит носом в дверь, щиплет обшивку.

Садится в гнездо, переворачивает носом яйца ...

- Как это они все понимают? - встреваю я в рассказ баушки. - У них же нет разума!

- Разума нет, а голова работает! - смеется баушка и продолжает:

- Гусака в это время держат «на приколе», привязанным к колышку за ногу, чтоб не ушел к чужим гусыням (иначе к своим не вернется).

Как-то весной я работала на протравленном зерне, в колхозных амбарах, на складе. Это зерно шло на семена, и его протравливали, чтобы клещ не заводился. И вот мы его переворачивали, перед посевной месяц работали.

В мои сапоги засыпалось зерно. Я пришла домой, разулась, зерно из сапог высыпала в ведро у порога, а не вынесла сразу ...

Гусыня слезла с гнезда и наклевалась протравленного зерна. И померла.

А яйца уже проклюнулись.

А досиживать некому!

Я закладывала эти наклевушки в печурки (небольшие боковые углубления в русской печи. - Л. Н. ), накрывала подушками или теплой одеждой, нагретой на печке ... И все гусята вывелись - двенадцать штук! Я плакала: как их растить?

А они сообразили, что я их кормлю, - и стали ходить за мной!

Что делать?

Кто-то посоветовал подпустить их к гусаку.

И он их принял. Всех к себе загребает, клювом подбирает, крыльями окружает. Голос сменил! Разговаривал с ними материнским голосом!

И он их вырастил.

Бывало, подойдут чужие гусаки, зашипят, норовят ущипнуть какого-нибудь гусенка, а наш гусак сильный был - как даст крылом, сразу обидчика с ног собьет!

И жует зубами, как щука ... »

И диву дается баушка чудесам родительских чувств в природе. И любуется всеми Божьими созданиями.

 

3 . ЛЕКАРСТВО ДЛЯ БАУШКИ

Рассказывала баушка Клавдея, как она однажды сильно расхворалась - простудилась, к тому же поднялось давление.

Лежала на диване. Старик Никифорыч кипятил ей чай, подавал таблетки.

Вся живность в доме и во дворе сразу поняла, что баушка болеет.

Все поскучнели. Корова Дочка безутешно мычала. Тузик ушел под сенцы.

Куры, утки, гуси - все сразу как бы остались одни, без присмотра, без любовного баушкиного внимания.

Почуяли неладное и кошки. Они-то почуяли это даже раньше, чем другие животные. Ведь и Старый Ванька, и черная Сайга, и Дымок любили поспать у баушки на диване, иногда прямо у нее на ногах. Они знали все ее настроения.

И вот день проходит, другой, а баушка все не поправляется.

Тогда черная стремительная Сайга приняла свои меры. Она убежала в сенцы, в кладовку, и там довольно скоро поймала мышь. С этой мышью в зубах она попросилась в избу. Когда старик впустил ее, она прыгнула к баушке на диван и положила мышку ей на ноги. А сама уселась неподалеку, дожидаясь результатов. Рассуждала она, по-видимому, так: «Эта мышь - отменная, питавшаяся хорошей пшеничкой. Что может быть лучше и полезнее для здоровья, чем свежая мышь? Баушка Клавдея сразу выздоровеет, когда съест ее. Не сомневайся, баушка! Это очень хорошее лекарство!»

Баушка была растрогана этой заботой. И с этого момента почувствовала себя лучше - просто так уж совпало.

Баушка никогда не согласится, что у животных нет ума и добрых чувств.

Любовь, невидимо обитающая в мире, касается всех, смягчает все сердца.

Любовь. Но не ненависть. О ненависти баушка никогда ничего не рассказывает. Не то чтобы сознательно. Просто ей не приходит в голову, что ненависть заслуживает внимания.

Зачем о ней вспоминать? Ведь Бог растворил в мире столько любви ...

 

4 . ПОМОЩЬ

О духовном прошлом родной земли я узнавала со слов своей матери.

Например, она говорила, что в нашем районном центре Хворостянке было когда-то три церкви: Покровская (из красного кирпича, с высокими куполами), Казанская (на окраине Хворостянки, в так называемой Арбузовке) и старообрядческая (плоская, без куполов, из белого камня) ...

В 30 -е годы церкви были ликвидированы, и люди постепенно стали забывать о них.

Но Бог не зависит от времени.

И на месте каждого храма, где хоть раз совершалась Божественная литургия, вечно стоит Ангел престола.

Значит, и в нашей степной Хворостянке стоят незримые ангелы, стоят в ожидании сроков, известных только Богу.

И сроки, кстати, сдвинулись: храм «из красного кирпича, с высокими куполами» был реконструирован в 1996 - 1997 годах. А православные богослужения возобновились в Хворостянке еще раньше (с 1992 года).

Но я хочу рассказать о событии, которое произошло со мной и с моей матерью в Хворостянке задолго до этих сроков.

Летом 1985 года я приехала к родителям во Владимировку из Новокузнецка. И повредила ногу, сбегая с крутой дорожной насыпи.

Нога распухла в одно мгновение. Похоже было на разрыв связок. Я передвигалась на одной ноге, с помощью палки.

Пришлось ехать на попутном автобусе в райцентр, в больницу. Сопровождала меня моя старенькая Клавдея.

Доктор, к сожалению, попался без всяких признаков призвания.

Узнав, что я человек приезжий, он даже не дал мне направления в рентгенкабинет и вообще отказал в помощи и не стал выписывать больничный лист.

Я попрыгала на одной ноге, опираясь на палку, обратно во Владимировку.

Машин попутных не было.

Мы с баушкой Клавдеей стояли за Хворостянкой на развилке в ожидании транспорта - но ничто не двигалось в направлении Владимировки.

Двенадцать километров до родного дома казались непреодолимыми.

Стояли здесь и другие люди, тоже ждали. И ничего не могли дождаться. Между тем собрался дождь. И вот он опустился на открытую степную равнину и заполнил пространство равномерною влагой.

Я не столько переживала за свою немощь, сколько за старенькую мать: она вся была в тревоге, и уже промокла, и я не могла выручить ни ее, ни себя!

И тогда я сказала ей:

- Пойдем к арбузовскому мосту!

Это был обратный путь, еще глубже в Хворостянку, еще дальше от Владимировки. Но я надеялась, что там нам легче будет найти попутную машину.

И мы двинулись под дождем. Я прыгала на одной ноге, опираясь на палку, баушка Клавдея пыталась поддерживать меня, но больше расстраивалась, горевала по поводу моей травмы и неизбежной нашей простуды.

До жилых домов было далеко, притулиться на открытых пространствах в степи негде.

И так мы доковыляли до арбузовского моста, до той самой Арбузовки, где когда-то стояла церковь во имя Казанской иконы Божией Матери и где теперь одиноко стоял незримый Ангел престола.

И старенькая мать моя взмолилась к Пресвятой Богородице. Взмолилась о помощи.

И мы, действительно, получили помощь. Мы даже видели, как эта помощь начиналась, как развивалась: в виде обыкновенного грузовичка она стояла вдалеке, возле чьей-то избы - и вдруг, в ответ на слова материнской молитвы, отделилась от этой избы и двинулась по переулку, заливаемому дождем.

Она приближалась к нам!

Но она могла повернуть в любую сторону от арбузовского моста! Обязательно, что ли, направляться ей во Владимировку? В такую погоду? В этой мутной пелене?

Баушка Клавдея повторила Богородичную молитву.

Машина подъехала к нам и остановилась. Шофер распахнул дверцу и пригласил нас в кабину. И повез нас во Владимировку.

Это была помощь Божья, пришедшая к нам через человека, через шофера.

И это произошло там, где всегда стоит Ангел престола Казанской церкви, давно уничтоженной.

А нога моя заживала сама собой. С Божьей помощью.

Как-то мы с баушкой вспомнили хворостянского врача.

- Бывают люди, которые боятся сделать доброе дело, - сказала моя старенькая Клавдея. - Им кажется, что от них что-то убудет, боятся какого-то убытка. Так уж эдакие они: не понимают, сердечные, что милости Божьей хватит на всех ...

 

5 . ВО СЛАВУ БОЖИЮ

В колхозное время много неприятностей доставлял баушке Клавдее и старику Никифорычу счетовод Ванька Карасик.

Во Владимировке Ваньку недолюбливали.

Неопределенных лет, тщедушный, хромой, вечно в черном пальто (даже летом!), исполнял он в правлении колхоза свою «бюрократическую» должность, щелкая костяшками счетов.

- Придурком работает, - саркастически определял Никифорыч, терпеть не могший Карасика.

- Не связывайся с ним ругаться, - остерегала баушка. - Больно он злющий.

Хилый Карасик между тем знал, в чем его настоящая сила. Он давно обнаружил слабое место работяг-сельчан: все они пасовали перед казенными бумагами - протоколами, справками, объяснительными...

И с помощью «крючкотворства» держал Карасик земляков в некотором напряжении, похожем на боязнь, и имел над ними какое-то подобие власти.

Владимировка нервничала, когда «железный хромец» в черном пальто, с черным портфелем в руке, появлялся на улице.

«К кому это он?», «Каких справок потребует на этот раз?», «Как бы чего на нас не написал...», - тревожился народ.

Ежегодно по весне в каждом крестьянском хозяйстве Карасик производил опись.

Дело в том, что по поводу количества крупного и мелкого рогатого скота в личном хозяйстве существовали какие-то ограничения и «лишнее» поголовье, по-видимому, облагалось налогом.

И Карасик постоянно искал повода уличить односельчан в укрывательстве «нелегальных» бычков или «левых» ягнят, а в итоге - в уклонении от налогов.

Владимировцы были законопослушными гражданами, но действия Карасика их возмущали: он явно превышал полномочия - не только записывал, у кого сколько коров, овец и коз, но и обмерял на сеновалах ометы сена, заглядывал в кладовки, спускался в погреба, даже пересчитывал кучи кизяка на подворьях.

- Не пойму! - кипятился Никифорыч. - Тебе какое дело, сколько у меня навоза во дворе?!

- Вот напишу докладную - и тогда все поймешь! - строжился Карасик.

Баушка Клавдея старалась смягчить их пререкания, но закусивший удила Карасик осыпал ее зловещими угрозами и доводил до слез. И ей казалось, что у нее, действительно, отберут и корову-кормилицу, и славных веселых курчавых барашков, и красавицу телочку. И что даже куриные яйца, заполнившие три больших корзины в кладовке, будут конфискованы!

- Не слушай его! - убеждал Никифорыч. - Ни у кого еще не уводили корову со двора, не отбирали ни овец, ни козлов, ни курей, ни яиц!

И заканчивал речь крепким выражением в адрес Ваньки Карасика. И многие жители Владимировки выругивали Ваньку «в глаза» и «за глаза». Никто не желал ему добра.

 

Однажды зимой, крещенским вечером, баушка Клавдея сидела возле натопленной голландки за вязанием.

Старик Никифорыч спал. В избе было тихо. За окнами, в морозном мире, в «сердце зимы», светила луна.

И вдруг баушке показалось, что снаружи доносится чей-то голос.

Она подошла к окну и увидела на дороге человека, который поднимался и падал, поднимался и падал.

Судя по его движениям, он был пьян. Он не мог держаться на ногах, но, видимо, сознавал, что ему грозит опасность замерзнуть. Баушке послышалось, что он кричит:

- Спасите! Помогите!

Откуда взялся на дороге пьяный человек в такой час? «Не иначе как от Акулины вышел, - решила баушка. - К ней да к ее постояльцам часто заходят мужики: то брага там, то самогон...»

Но света в Акулининых окнах не было. Другие же дома стояли далеко от дороги, и до них, видимо, не долетали крики о помощи.

Баушка оделась и побежала на улицу. Пьяный на ее глазах очередной раз рухнул в придорожный сугроб.

Она вытащила его из снега, заглянула в лицо... Это был Ванька Карасик.

- Погибаю, спасите, помогите... - задыхался Ванька.

Баушка на себе приволокла его каким-то чудом в избу, постелила ему постель возле натопленной голландки, проверила, не обморожены ли у него лицо и руки...

Проснулся старик Никифорыч, увидел своего неприятеля, распростертого на полу, и хлопочущую над ним баушку, все понял и сказал с досадой:

- Нашла кому помогать! Да он тебе завтра и «спасибо» не скажет!

Карасик благополучно проспался, а утром поспешил побыстрее уйти, пробормотав на прощание:

- Спасибо, Клавдея, ты мне жизнь спасла.

- С лыхал? - обратилась баушка к старику Никифорычу. - Спасибо-то он все-таки сказал. Супостат, а добро понимает!

- Мало ты от него плакала - еще поплачешь! - пообещал Никифорыч.

Весной, во время очередной описи, Ванька Карасик с пристрастием обследовал хозяйство стариков и обличил их в том, что они пытаются утаить одного из телят-двойняшек.

Никифорыч взорвался. Карасик пустил в ход средства запугивания. Не на шутку разгорелась ссора.

Но баушка на этот раз не уговаривала ссорящихся и не расстраивалась из-за придирок и мстительных угроз Карасика. Она спокойно молчала.

- Ну какая же сволочь! - Никифорыч никак не мог отдышаться после схватки с Карасиком. - И его ты спасала - отогревала в ту ночь...

- Да ладно тебе, - сказала баушка. - Мы помогли ему во славу Божию, а не ради самих себя.

Никифорыч безнадежно махнул на нее рукой, но, как ни странно, быстро повеселел и успокоился.

 

6 . ДРАГОЦЕННЫЙ ЛИСТОЧЕК

В моих бумагах, уцелевших с детства, хранится драгоценный листочек, конечно, пожелтевший от времени, но вполне читабельный.

Это запись беседы с матерью моего дорогого отца Алексея Никифоровича, живая страничка детского общения с бабушкой Дарьей Степановной.

Листочек датирован 1963 годом. Мне было 12 лет. Я пыталась тогда записывать народную мудрость.

Привожу этот текст без изменений.

«Кто Священное Писание написал? Бог написал! А как же, а кто ж... Все Он, все Его! Ты учишься, но ты не знаешь, и ученые не знают! Кто небушко сотворил? Все Он!

В Писании сказано, Бог есть. Ты наверх не влезешь. Аэропланы летают, а толку-то! Они Его все равно не видят. А вот в Писании сказано, небо-то кто сделал и белый свет кто сотворил. Ты учишься, а не знаешь.

Все Писание Его, Бога. Божие Писание. Ветры, дожди - все это дело Божие. Больше никто ничего сделать не может; какой бы грамотный ни был, он не сделает ничего.

Ученые облаков и неба сделать не могут. А скажи, на чем держатся облака? А Земля? Откель она? Леса, все! Солнушко! То вот ночь, то день! Кто это сделал? Скажи! Ты-то не сделаешь, и грамотные ничего не сделают.

Святые Бога Евангелие писали - Он писал...»

Бабушка Дарья Степановна безгранично любила Творца и дела Его, радовалась красоте неба и земли.

Она была самым «созерцательным» человеком в нашей семье.

Но к старости она ослепла на оба глаза и не могла уже видеть красоты Божией.

И та беседа, фрагмент которой я записала в 1963 году, происходила, когда она была уже слепа.

Но никогда она не роптала на Бога. «Все Он, все Его!»

И благодарила Его бесконечно.

 

7 . БРАТЬ ИЛИ ОТДАВАТЬ?

Одна ненецкая писательница построила на свои средства часовню.

Имя ее так мгновенно проскочило в радиоэфире, что я не успела его зафиксировать. Записала только ее слова: «Сейчас многие рассуждают так, что от жизни надо взять все... А от жизни вообще ничего нельзя взять! Жизни можно только все отдать!»

Мне это близко и понятно. Писательница обозначила две прямо противоположные точки зрения на жизнь: брать - или отдавать?

Язычники и люди безрелигиозные считают, что надо брать.

Православные христиане - отдавать. Христос - отдавать.

Но дело даже не в том, кто как считает.

Дело в том, что и объективно от жизни ничего взять нельзя, ибо мы приходим в нее «без ничего» и уходим так же.

Мы изначально - отдаем: свое время, здоровье, силы, энергию. Даже если не хотим отдавать, все равно все как бы отбирается.

Но сказано в Евангелии:

«Рука дающего не скудеет». Дающий может пятью хлебами накормить тысячи человек.

И кто распознал счастье дарить и отдавать, тот не променяет его ни на что другое.

 

8 . ЛЮБОВЬ НУЖНЕЕ ВОЗДУХА

В канун вербного воскресения, вечером в субботу, зашла в новокузнецкий Спасо-Преображенский собор.

Он был переполнен народом, стоящим с вербами в руках.

Меня обдало душной теплотой, смешанной с запахом воска и ладана.

Народный храм. Таков он всегда в моем представлении.

И в нем, как всегда, чувствовалось присутствие особой силы - духовной любви.

И люди, стоящие здесь в тесноте немыслимой, собрались именно ради любви, ради ее благодати: «Хоть бы вербочки освятить - уж не до большего, все равно хорошо, все равно «что-то есть»...

О, народ, жаждущий любви Христовой! Любовь нужнее воздуха... Ибо воздуха не было, нечем было дышать, но была любовь - и всех спасала, всем что-то давала, и питала всех.

 

9 . «К НОГАМ ХРИСТА НАВЕК ПРИЛЬНУТЬ...»

В автобусе на переднем сиденье сидели, обнявшись, юноша и девушка.

Открылись двери - и вошли старые люди, он и она. Они были совсем ветхие, держались друг за друга, причем именно женщина поддерживала мужчину.

Молодые люди не уступили им места.

И старики стояли у дверей, держась за поручни, и женщина время от времени отрывалась от поручней и что-то поправляла на своем старичке. Оба тяжело дышали и как бы мешали всем.

В это время и девушка на переднем сиденье поправляла что-то в одежде своего возлюбленного - кажется, расправляла воротник курточки...

Дышали они легко, улыбались.

И вдруг подумалось мне, что это был момент проверки Божией: юной паре было показано ее будущее - узнайте себя в этих престарелых супругах; это вы - через несколько десятков лет...

Но они не узнали, не вникли, не откликнулись. Им это и в голову не пришло.

«Наверное, им кажется, что у них очень много времени, - думала я с грустью. - Они еще не знают, как быстро проходит время. Им кажется, что впереди - века, а на самом деле - одно мгновение».

А я-то теперь знаю, что это миг.

А была Великая Пятница, день распятия Господа Иисуса Христа.

Я знала, что в храме уже вынесли плащаницу, что скоро начнется длительная вечерняя служба и плащаницу понесут крестным ходом вокруг собора.

Мой день был заполнен суетными делами. Я торопилась домой, где меня ждала срочная работа. Но я вышла на площади и отправилась в Спасо-Преображенский собор. Я не располагала временем, не могла остаться на службу. Я была подневольным человеком и зависела от обстоятельств.

Единственное, что я могла, - это упасть на колени перед плащаницей Христа и в считанные мгновения помолиться краткой молитвой:

- Господи, прости нас, грешных! Господи, помилуй!

Затем я приложилась к плащанице и Евангелию. В сознании мелькнуло: «Душа готова, как Мария, к ногам Христа навек прильнуть...»

(Или, по Евангелию, «Мария же сидела у ног Иисуса и слушала слово Его...»)

На плащанице были открыты как раз ноги Христа. И все смиренно целовали их.

Прости нас, Господи.

1993 - 2006
 

Русская литература полна духовных сокровищ. Это немудрено: ведь тысячу лет на нее влияло православие. И свои сокровища она черпала из бездонных глубин любви, милосердия, сострадания.

«Милости хочу ... » - сказал сам Христос. Русская литература усвоила евангельский милостивый взгляд на человека. Благодаря этому, стало возможным появление «Капитанской дочки» и «Станционного смотрителя» Пушкина, «Шинели» Гоголя, романов Достоевского, «Архиерея» и «Студента» Чехова, «Детей подземелья» Короленко ...

О детях русская литература всегда говорила с особым, религиозным, трепетом. И здесь встречаются удивительные случаи, когда авторы, разделенные временем или пространством, практически не знакомые с творчеством друг друга, писали, по сути, одно и то же.

Выбор темы, форма выражения мысли, обращение к определенному первообразу, - все с непостижимой точностью совпадает, хотя одновременно напоминают о себе индивидуальные свойства творческого дара каждого автора.

Проводя уроки творчества в новокузнецких детско-юношеских литературных студиях «Фесковские литераторы» (лицей № 27 ) и «Зернышко» (эстетическая гимназия № 32 ), я обращала внимание учеников на эти явления, приводила соответствующие примеры.

Необыкновенный интерес вызывала тема «Младенцы - небесные граждане».

О божественной тайне, покоящейся на младенцах, хорошо знают их матери и отцы.

Чудо встречи с Создателем - через ясный и непорочный взор младенца - до глубины души умиляло и удивляло мыслителей, писателей, поэтов.

С этой точки зрения особое восхищение у детей вызывали чудесные описания младенцев в произведениях трех авторов ХХ века: сказителя Бориса Шергина, философа и священника Павла Флоренского и прозаика Юрия Казакова.

Привожу фрагменты текстов этих авторов и отзывы школьников на них.

1 . Б. Шергин. «Из дневника»: «Меняющийся лик небес имеет для меня силу великую, притягательную. Однолично с небом (и даже больше!) поразил меня взгляд младенца. Взрослые беседовали у лампы. Грудной ребёнок, мальчик, тихо лежал поодаль, в тени. Мы думали, он давно спит. Я подошел к кроватке. В полумраке увидел широко открытые глазки. Мальчик как бы внимал чему-то для меня непостижимому, но для него близкому и сродному. Я опустился на колени, шепча нежные слова, дивяся чудной сосредоточенности милого личика... Он стал глядеть на меня, как бы вопрошая о чем-то. Чувство какого-то смятения, но и восторга поднималось в моей душе. Мы глядели друг другу в глаза. Он, только что «пришедший в мир», ещё весь чистота и непорочность. И я, уже собравший на себя всю грязь и весь тлен земли. Он лежал маленький, спеленатый, но важность гостя из таинственной страны почивала на нём... Только глядя в звёздное небо, давно когда-то, ощутил я подобное чувство...»

2 . П. Флоренский. «Природа»: «...я пережил встречу перекрестными взорами и ощущение, что меня взор проницает насквозь, до самых сокровенных тайников моего существа. И это был взор приблизительно двухмесячного ребенка, моего сына Васи. Я взял его ранним утром побаюкать полусонного. Он открыл глаза и смотрел некоторое время прямо мне в глаза сознательно, как ни он, ни кто другой никогда не смотрел в моей памяти, правильнее сказать, то был взгляд сверхсознательный, ибо Васиными глазами смотрело на меня не его маленькое, несформировавшееся сознание, а какое-то высшее сознание, большее меня, и его самого, и всех нас, из неведомых глубин бытия».

3 . Ю. Казаков. «Во сне ты горько плакал»: «Дома мы сразу же распеленали тебя. Я ожидал увидеть нечто красное и сморщенное, как всегда пишут о новорожденных, - но никакой красноты и сморщенности не было. Ты сиял белизной, шевелил поразительно тонкими ручками и ножками и важно смотрел на нас большими глазами неопределенного серо-голубого цвета... Скоро ты был снова спеленат, накормлен и уложен спать... Я же вставал, присаживался возле тебя и подолгу рассматривал твое лицо. И вот когда я пришел к тебе в третий или четвертый раз, я вдруг увидел, что ты улыбаешься во сне, и лицо твое трепещет... Что значила твоя улыбка? Видел ли ты сны? Но какие же сны ты мог видеть, что могло тебе сниться, что ты мог знать, где бродили твои мысли и были ли они у тебя тогда? Но не только улыбка - лицо твое приобрело выражение возвышенного, вещего знания, какие-то облачка пробегали по нему, каждое мгновение оно становилось иным, но общая гармония его не угасала, не изменялась... «Когда младенцы так улыбаются, - сказала потом моя мать, - это значит, их ангелы забавляют».

«У младенцев есть свой язык, свои чувства. В их улыбках и глазах открывается какой-то новый мир, которого мы, может быть, и не знаем».

Ю. Шишкина, 7-й класс

«Писателей поражал взгляд младенца - проницательный и откровенный. Так смотрело возвышенное сознание, словно это ангел спустился на землю. Он кажется умнее взрослых людей. Он владеет чувствами взрослых, а не взрослые владеют чувствами ребенка; он управляет нами, словно высший разум, который создал нас и все живое и неживое на земле».

В. Жуйкова, 7-й класс
 

«Чудесный ребёнок, какие у тебя мысли? Во взгляде - чистота и небесная сила...»

Ю. Кабанова, 6-й класс

 

«Малыши смотрят на нас не глупыми глазами, а высшим, Божьим взглядом...»

И. Колесова, 9-й класс

 

«Авторов умиляли чистота младенцев, их отношение к миру, в который они должны вступить. Младенцам ещё не известно, как жесток этот мир. А их улыбка вызывает улыбку у самих писателей».

М. Ерохова, 9-й класс

 

«В текстах присутствует религиозное содержание. Выражается оно в том, что Бог послал на землю младенца. На свете появился ещё один человек. Ведь это самое ценное».

Н. Фоменко, 9-й класс

 

«Мальчик счастлив во сне, он ещё находится в мире, где нет зла, где все счастливы».

О. Белова, 9-й класс

 

«Ребенок лежал, как Иисус в яслях, и смотрел на взрослого человека как бы неземным взглядом. Взрослого это так захватило, что он испытал ранее не известное ему чувство...»

А. Захаров, 9-й класс

 

«Он улыбается счастливо, безгрешно, как будто он только что из рая!»

К. Соболев, 9-й класс

 

«В младенце автор видит лик небес, т. е. лик Бога, так как Господь добр, чист».

А. Гомер, 9-й класс

 

«Маленький младенец похож на Младенца Иисуса. Иисусу все поклонялись и говорили нежные слова. И в то время, когда родился Иисус, появилась новая звезда».

В. Михайлов, 9-й класс

 

«Младенец, недавно родившийся, во сне улыбается! А ведь он ещё никого не знал и не видел на земле. Какие у него могли быть мысли? Он только родился и не совсем оторвался от Бога, Божьего мира. Наверное, поэтому ему являлись ангелы. Младенцы - чистые, непорочные создания. Они ближе обычных людей к Богу».

О. Михалёва, 9-й класс

 

«В тексте Шергина есть что-то религиозное: отношение рассказчика к небу, как к чему-то священному, и такое же отношение к младенцу, к его чистоте. Ведь Иисус тоже пришел на землю в образе Младенца. Возможно, автор и смотрит на ребенка, как на какое-то Божество...»

М. Монголина, 9-й класс

 

«Когда автор увидел взгляд младенца, который смотрел на него, как бы уча или, может быть, о чем-то говоря, то почувствовал нечто чистое, светлое, то, что сейчас так требуется народу».

И. Бочарова, 9-й класс

 

Таков «спектр» детского и юношеского восприятия этих сокровищ мысли и слова:

от догадок о святых тайнах, покоящихся на маленьких «небесных гражданах», до прямых аналогий с Христом-Младенцем;

от шергинского звездного неба до Вифлеемской звезды;

от восхищения непорочностью небесных малюток до упоминаний о жестокости земного мира, куда они должны окунуться;

от счастливых ощущений райской безгреховности отдельного младенца до нынешних потребностей целого социума в чистом и светлом...

Совершенно самостоятельно и совершенно естественно дети выражают один из важных постулатов христианства - об Образе Божьем в человеке: Образ Божий, Лик Божий присутствует в каждом человеке, но во взрослом он более затемнен, чем в ребенке...

Ребята, может быть, ещё не знакомы с понятием евангельских блаженств, но на основе прочитанного они сами, по логике текста, формируют одно из таких понятий, а именно: «Блаженны чистые сердцем, ибо они Бога узрят».

Сказочно богата наша литература сокровищами духовными. Знакомство детей с ними может проходить очень свободно, без напряжения, без какой бы то ни было специальной «заостренности». «Все и так понятно!» Ведь откликаются-то на духовные щедроты русской литературы совсем юные существа, которые вчера сами были «небесными гражданами», облаченными в сияньице Божьего Царства.

И как бы плотно ни окружал их своими загрязнениями наш забывающий о Творце мир, они не хотят утратить здесь тот отсвет Неба, который изначально присущ каждому человеку.

1996 г.

Прокомментировать
Необходимо авторизоваться или зарегистрироваться для участия в дискуссии.