Журнал Огни Кузбасса
 

Адрес редакции:
650000, г. Кемерово,
Советский проспект, 40.
Телефон: (3842) 36-85-14
e-mail: Этот адрес электронной почты защищен от спам-ботов. У вас должен быть включен JavaScript для просмотра.

Журнал выходит благодаря поддержке Администрации Кемеровской области, Администрации города Кемерово,
ОАО "Кемсоцинбанк"
и издательства «Кузбассвузиздат»
Баннер Единого портала государственных и муниципальных услуг (функций)


За стеной (повесть)

Рейтинг:   / 1
ПлохоОтлично 

Содержание материала

5

Большой город – большое одиночество.

Маленький город – ?..

К встрече с Городом я была готова, пожалуй, лучше любого другого в деревне. С детства я слушала бабушкины рассказы о его непонятных чудесах.

Когда-то Город начинался с кирпичных одно– двухэтажных домиков – «коттеджей». Они были окружены палисадниками, усаженными цветами и фруктовыми деревьями. В центре дома были другими – высокими «небоскребами» из стекла и бетона. Дороги – широкие и ровные, как лед. И по ним ездили «машины». А дома украшались разноцветными вывесками. И людей в Городе было много, так много, что остаться одному на улице было почти невозможно.

– Пойдем? – полуспросил, полуприказал Серый.

– Я боюсь, – внезапно призналась я. И предупредила: – Не вздумай надо мной смеяться.

– Я и не собирался, – он пожал плечами. – Это ведь как прогулка по кладбищу. Все давно уже умерло, но еще живет. Мне тоже страшно, хотя я и прихожу сюда в третий раз.

– Ты будешь моим экскурсоводом, – решила я и зашагала к неприветливой серой массе, окутанной красноватыми бликами уходящего дня, – к своему прошлому.

– Кем? – удивленно переспросил Серый мне в спину.

– Эк-скур-со-во-дом, – по слогам продиктовала я. – Это такие люди, которые водят других людей по незнакомым местам и все им рассказывают, – я понимала, что мое объяснение на правду смахивает весьма отдаленно, но более точного определения, которое говорила мне бабушка, повторить сейчас не смогла.

– Ладно, – гордо согласился Серый. – А что бы ты хотела посмотреть в первую очередь?

– Все! – заявила я.

Мы шли по широкой улице. Справа и слева – полуразрушенные строения, у основания покрытые толстым ковром мха. Бетонная дорога в трещинах, сквозь которые пробивается редкая ядовито-оранжевая трава. Я наклонилась, сорвала одну травинку и почувствовала, как по руке побежала струйка крови – порезала палец.

– Осторожнее, – запоздало предупредил Серый. – Некоторые еще и кусаются...

– Ночевать будем тут, – объявил он чуть позже, показывая рукой на темный двухэтажный дом. – Безопасно.

Внутри было прохладно. Серый взял меня за руку и уверенно повел куда-то.

– Ступеньки... Поворот... Пригни голову...

Я хотела возмутиться – нечего обращаться со мной как с младенцем, я прекрасно вижу в темноте (впрочем, конечно, гораздо хуже, чем он), но промолчала. Мама говорит, что мужчинам иногда нравится чувствовать себя защитниками.

Комната была большой, как и все вокруг. В два ряда вдоль стен стояли низкие, судя по размерам, детские, кроватки. Рядом с одной на полу валялась кукла. Когда-то у меня была точно такая же. Мама сберегла, когда с родителями из Города уходила.

– Ложись, – сказал Серый, махнув в сторону кроватей. – Я первым подежурю, потом разбужу.

Я думала, что не смогу заснуть – слишком много впечатлений набралось за один день, но сон пришел сразу, окатил теплой тяжелой волной и отступил, подчиняясь требовательному голосу Серого:

– Дина! Дина! Вставай!

Я открыла глаза. В пустом проеме окна виднелось чуть посветлевшее на горизонте небо.

– Уже утро? Чего же ты меня не разбудил?

– Это Реактор. До рассвета еще как минимум три часа, мне хватит, чтобы выспаться.

Реактор. Надо запомнить, в какой он стороне.

Я встала, и Серый тут же занял мое место, отвернулся к стене и мгновенно заснул. Я прошлась по комнате, разминая затекшие ноги (все-таки кровать была очень маленькой). У дальней стены стояли низкие шкафчики с покосившимися дверцами. Я потянула за единственную сохранившуюся ручку и замерла в удивлении.

Там было три полки, доверху набитые книгами. Я села на пол, вытащила одну, и почувствовала, как задрожали руки. Это было настоящее богатство .

...Кто-то положил руку мне на плечо. Я подпрыгнула от неожиданности, напрочь забыв про нож, Серого и прочие средства защиты, имеющиеся в моем распоряжении.

– Диночка, радость моя, разве можно так увлекаться?

Серый стоял рядом, довольный собой и окружающим миром.

– Ты напугал меня до смерти, – сказала я после того, как почувствовала, что дыхание мое пришло в норму. И вдруг заметила, что в комнате было совсем светло. – Уже день?

– Ты забыла меня разбудить. Если бы у меня не было так развито чувство времени, то...

– Все-все, я поняла. А ты знал, что здесь есть книги?

– Знал. Тебе понравилось?

– Да...

Он кивнул.

– Я так и думал. Ты – единственная из нас, кто до такой степени любит читать . Пойдем, Дина.

Город завораживал. Здесь почти ничего не было от нового мира – ни низкорослых деревьев-шептунов, ни мелких, больно кусающихся мошек, ни мягкой болотистой почвы – ничего... Только редкая трава, тишина и ветер.

Дома действительно оказались большими, очень большими, – те, что устояли во время Взрыва, а таких было немного. В окнах кое-где сохранились куски стекол. Штукатурка обсыпалась и выцветшими пятнами украшала землю вокруг.

– Зайдем? – спросила я, кивая на ближайшую к нам темноту входа.

– Нет, не сюда. Здесь нет ничего интересного. Вот дальше...

Я поверила на слово. Серый был в городе раньше, значит, знает.

Мы шли и шли. Узкие переулки, засыпанные строительным мусором; гулкие пустые дворы; магазины, заваленные полусгнившими вещами, которые уже никогда никому не пригодятся. В одном из них я нашла хороший нож, даже лучше, чем у Серого. В широком лезвии, как в зеркале, отражался мир. Первоклассная сталь, и время ее не берет. У нас такой уже не делают. Немного подумала, и отдала Сержику – ему нужнее.

Большинство вещей было изъедено крысами. Я нигде не смогла найти книг. Тот дом был единственным, только я не понимала, почему крысы обошли его стороной. От них даже у нас в деревне избавиться было трудно, что уж говорить о месте, где с ними и бороться некому.

Самих крыс мы не видели. Серый сказал, что они живут в подвалах, поэтому в подвалы мы не пойдем.

– Если нападут стаей – не отобьемся.

Я знала, что он прав. Крыс побаивалась даже Лера, а она могла поджигать вещи взглядом.

К метро мы вышли случайно. Серый, конечно же, не знал, что это такое. Думал – очередной подвал или бомбоубежище, но я поняла сразу. «Метро»... Это была моя любимая история о прошлой жизни. Наверное, потому, что я плохо ее понимала, а непонятное всегда притягивает.

– Пойдем! – умоляюще сказала я. – Пожалуйста, Сержик! Это – самое настоящее метро! И если его не засыпало...

– Нет, Дина, там могут быть крысы.

Но я не слушала его. Я спускалась по ступенькам, и чувствовала, как со всех сторон на меня накатывает темнота, прохлада и запах... Вряд ли это можно передать словами.

Серый все-таки пошел следом. То ли любопытство потянуло, то ли побоялся, что овдовеет, не успев жениться.

Огромное темное помещение, заставленное пыльными ржавыми железными ящиками странной формы. Дальше – узкие лестницы, перегороженные перилами. Мама говорила, что такие лестницы ездили сами. Нужно было только встать на ступеньку и ждать, пока она свезет тебя вниз или поднимет наверх. Кажется, это называлось...

– ...скаматор... калотор... О! Эскалатор!

– Что-что? – переспросил Сержик, услышав мой возглас.

– Это называется «эскалатор»! – гордо провозгласила я и ругнулась, запнувшись в темноте о какой-то мусор, перегораживающий ступеньки.

– Аккуратнее, Дина, – Сержик успел поймать меня за плечо и вернуть в вертикальное положение, при этом чуть не оторвав мне руку.

Мы спускались все глубже и глубже под землю. Я замерзла, но возвращаться назад не хотела, и потому не жаловалась. К запаху я привыкла быстро, потому что ждала этого и была готова. Серый только заметил:

– Чем-то пахнет. Незнакомым...

– Метро... – сказала я, словно это все объясняло. – Здесь всегда так было.

В конце концов, спуск закончился. В подземелье было темно, хоть глаз выколи, и пусто. Гулкое эхо повторило наш разговор. Сделав шаг, я врезалась носом в стену.

– Я же сказал, аккуратнее, – прошипел мне в спину Серый. Он почему-то перешел на шепот. Потом взял мою руку. – Не вздумай вырываться, Дина.

Я и не думала. Убедившись, что нос цел и невредим, я ощупала руками сразившее меня препятствие. Стена была холодной и... круглой. Глаза привыкли к темноте, и я получила возможность немного осмотреться.

– Это называется «платформа».

Потолок подпирали огромные колонны. Гладкий каменный пол был усеян кусками штукатурки, стекла и другого мусора.

– Пусти, Сержик. Я уже хорошо вижу.

Для разнообразия он почему-то мне поверил и разжал пальцы.

– Здесь ходили поезда, – я подошла к краю платформы, посмотрела под ноги. Внизу сквозь темноту проглядывали две стальные полосы. Когда-то они блестели, отполированные колесами вагонов, а потом, после Взрыва, движение встало, и рельсы покрылись ржавчиной и пылью. – Такие тележки с крышами...

– Я помню. В учебнике по математике были картинки. А ты много знаешь, – чуть раздраженно заметил Серж.

Я спрыгнула с платформы, сделала несколько шагов в сторону.

– От бабки. Она боялась, что ее мир уйдет в прошлое. Собственно, именно это и произошло, только она никак не хотела с этим смириться. Знаешь, странно, что здесь так много всего сохранилось. Мама считает, что Город – это куча развалин. Говорит, природа не терпит пустоты и быстро заполняет чем-то новым освободившееся пространство. Раз человек ушел, то обязательно должно прийти что-нибудь другое.

– Крысы...

– Нет, Сержик. Крысы – это просто продукт эволюции. Они не виноваты, что лучше нас приспособились к новой жизни. Я имела ввиду... ну, например, что лес поглотит Город или...

– Я не знаю, что такое «эволюция». Крысы идут, Дина.

Я подняла голову и не увидела, почувствовала напряжение во всем его теле.

– Где?

Серый повернул голову вправо.

– Там, – он махнул рукой, и тогда я тоже услышала пока еще далекий скрежет сотен коготков по каменному полу тоннеля.

– Ой... – только и смогла сказать я.

Серый склонился над платформой, протянул мне руки.

– Отсюда пора сматываться, моя красавица.

Я в одно мгновение оказалась рядом с ним, больно ударившись коленками о край платформы. Скрежет коготков теперь раздавался значительно отчетливей. Мы побежали.

Путь наверх почему-то оказался намного длиннее, чем вниз. В какой-то момент я почувствовала, что на спину упало что-то тяжелое и живое. Резко крутанулась, сбрасывая с себя крысиную тушку, и увидела...

Это было похоже на речной поток. Темная масса, вырываясь из тоннеля, текла к эскалатору, разбивалась у поручней на рукава и поднималась по лестничным ступенькам, догоняя и обгоняя нас. Я на мгновение замерла, парализованная страхом.

– Не останавливайся! – крикнул Серый. Он бежал по соседней лестнице. – Если они отрежут нас от входа, мы пропали!

Пропали! Не то слово! Сожрут в два счета.

Мы почти успели. До последней лестницы оставался какой-нибудь десяток шагов, когда крысы взяли нас в кольцо. Большие, размером с приличную кошку, с красными глазками-бусинками и, я не сомневалась в этом, очень острыми зубами, они смотрели на нас, как на законную добычу, и, наверное, прикидывали в уме, кому сколько достанется.

– Бей по носу, – негромко сказал Серый. – Со всей силы. Береги шею. Помни, главное – выйти на свет. Укусы потом заживут.

В левой руке он держал нож, который я ему подарила. Я в который раз пожалела, что не умею поджигать взглядом. И вообще...

Они кинулись на нас все разом. Я очень хотела испугаться, но не смогла. Чувствуя, как рвется моя одежда, как в тело вонзаются острые бритвы, как мой нож с противным хрустом входит в живые тушки, я ощущала только раздражение оттого, что мне испортили чудесную прогулку.

А потом все внезапно закончилось. Мы сидели на ступеньках у входа в метро. Сверху светило чуть красноватое солнце. Было тепло, тихо и непривычно спокойно.

– П-почему т-ты в кота не превратился, – с трудом выговорила я, пытаясь отдышаться.

– Потому что пока бы я перевоплотился, да пока сознание восстановил и сообразил, что к чему, крысы бы уже тебя дожевали, – охотно пояснил Серый. – И потом, чтобы здесь мог сделать один, пусть даже лесной, кот? Ты видела, сколько их было?

Я видела. В кои-то веки Серый подробно ответил на мой вопрос, а я не знала, стоит ли этому радоваться.

– Испортили такой день...

Серый хрипло рассмеялся.

– Я тебя предупреждал.

– А почему они не пошли за нами?

– Потому что не видят на свету. Глазные нервы атрофированы. И вообще, они открытое пространство не любят. Даже ночью на улицы редко выходят.

– «Атрофированы»... Какие ты слова знаешь!

– У тебя учусь.

– Я есть хочу.

– А у тебя крепкие нервы, моя красавица.

– Подозреваю, что и это ты выяснил заранее.

Он снова рассмеялся.

– Сколько лет мы знакомы, Дина?

– Восемнадцать, если мне не изменяет память. С моего рождения.

– Было бы странно, если бы за такой срок я выяснил только цвет твоих глаз.

– Да? А кстати, – я зажмурилась, – какого цвета у меня глаза?

– Серого, – не задумываясь, ответил он. – А насчет обеда есть одна идея. Пойдем!

– Куда?

Серж встал и протянул мне руку.

– Туда, где много еды.

Прокомментировать
Необходимо авторизоваться или зарегистрироваться для участия в дискуссии.