Адрес редакции:
650000, г. Кемерово,
Советский проспект, 40.
ГУК КО "Кузбасский центр искусств"
Телефон: (3842) 36-85-14
e-mail: Этот адрес электронной почты защищен от спам-ботов. У вас должен быть включен JavaScript для просмотра.

Журнал писателей России "Огни КУзбасса" выходит благодаря поддержке Администрации Кемеровской области, Администрации города Кемерово,
ЗАО "Стройсервис",
ОАО "Кемсоцинбанк"

и издательства «Кузбассвузиздат»


На дурнячка...(рассказ)

Рейтинг:   / 0
ПлохоОтлично 

Содержание материала

Как всегда, Тарас Лисичкин хотел попасть к начальнику смены если не первым, то все-таки раньше других горных мастеров, у кого отчет о выполнении бригадой наряда может сильно подзатянуться...

Частенько ему это удавалось.

Работал он на проходческом участке, и, полностью выполнив перекрепку, звено могло сразу подняться на-гора. Но – втихаря. Чтобы горные инженеры, не дай бог, не заметили. Не то начнётся привычное: почему покинули рабочие места раньше срока? Кто недосмотрел? Кто позволил?!

Если на глаза кому-то из управленцев попадутся один-два горняка, это полбеды, тут всегда можно отбиться: был, мол, на другом пласту или помогал своим ребятам металлокрепь доставлять. А с нарушителями, мол, обязательно разберусь. Своей властью.

Заметят уход всей бригады – жди большой, долгой выволочки.

Чего доброго, могут снять с мастеров, перевести в горнорабочие. А из «гээрпэ» тяжело, ох как тяжело вернуться обратно – снова восстановиться в прежней должности. Даже если ты с дипломом о высшем образовании. О средне-техническом и говорить нечего: до самой пенсии с лопатой и кайлом будешь вкалывать на зачистке.

Если у тебя, конечно, нет хоть мало-мальской подвязки.

Все это Тарас прекрасно понимал, и хоть институтский диплом у него имелся, «волосатой руки» сроду не было.

Хотя на отчет к начальнику смены Лисичкин зашел вторым, сразу после мастера участка внутришахтного транспорта, времени ему пришлось потерять «вагон и маленькую тележку».

Как его коллега не сообразил, что лучше бы ему прийти позже?.. И не задерживал бы других мастеров, и самого по всем падежам склоняли меньше – поджимало бы время развозить горняков по домам. А так в присутствии больше десятка человек ему приходилось то бледнеть, а то покрываться краской.

Вытирая кативший градом пот, в который раз принимался объяснять всегда дотошному, а теперь ещё и раздраженному начальнику, как его бригада «пустила орла».

Кое-кто из присутствующих теперь мастеров и сам видел, как тот на верхней приемной площадке помогал шахтерам присоединить к «бегунку» две «козы» с лесом и вагон с инертной пылью. Вместо того чтобы разбить на три ходки, решили спустить все в шахту единым махом, и – на-гора. Перекуривать.

Однако случилось то, чего опытный горняк всегда опасается. При спуске машинист лебедки слишком резко затормозил в конце крутяка, далеко не новый канат лопнул, и весь состав «загудел» вниз.

Хорошо ещё, что предыдущей сменой на нижней разминовке был опущен барьер, а то не избежать бы большой беды. Мало того, что кого-нибудь угораздило бы попасть под колеса – площадки на бешенной скорости могли попасть в зумпф для откачки воды. А там у насосов постоянно дежурят люди.

Поскольку чепэ произошло под конец второй смены, не исключалось и то, что уставшие горняки подремывали бы у теплой подстанции. Но даже если бы все обошлось с людьми, наверняка разбило бы насос, затопило электродвигатель. А где ты ночью новый насос найдешь?

Хочешь не хочешь, пришлось бы утра ждать, а к этому времени внизу уже хозяйничал бы потоп.

Так или иначе, эти «мудрецы» в какой-то мере помогли утренней смене: не нужно будет посылать людей на осланцовку. После их неудачного маневра выработка сделалась такой белой, что какой-нибудь новичок наверняка мог бы подумать: ждут солидную комиссию из горно-технической инспекции.

С другой стороны, добавилась работа незапланированная: придется восстанавливать барьер у разбитой кровли, по новой ставить металлокрепь, разбирать завал. Работы не на одну смену, и это в конце месяца, когда каждому надо и свои «хвосты» подчищать...

Какими только крепкими словами не обложенный, провинившийся мастер сел наконец писать объяснительную, а Лисичкин быстренько сдал отчет и отправился в буфет выпить традиционную бутылку кефира.

Ребята из отработавшего звена обещали занять в автобусе место получше: только что вернувшийся из поездки на какое-то очередное совещание активистов рабочего движения Кошкин обещал показать незнакомую игру «храп» – говорили, специально купил для этого новенькую колоду.

До отхода автобуса оставалось несколько минут, и Лисичкин решил, что успеет выкурить сигарету. Поглядывал в окошко на ребят из смены: на передних местах, молодцы.

У двери в автобус сидели на асфальте дворняжки, прозванные почему-то человеческими именами, – Ольга и Клава. Обе с грязной шерстью, замызганные, но не тощие, как бы даже откормленные, они и сейчас преданно глядели на подходивших к машине горняков и одинаково нетерпеливо переминались передними лапами.

Тщательно затоптал окурок, вошел в салон и первым делом невольно поискал взглядом Кошкина: где там устроился со своим новомодным «храпом»?

«Может, их только этому там и учат?» – подумал, невольно усмехнувшись.

В салоне Кошкина пока не было.

«С кем-нибудь остановился, – подумал Тарас. – Хлебом не корми – дай потрепаться...»

И тут вдруг по громкой связи раздался строгий голос диспетчерши:

– Горному мастеру Лисичкину срочно зайти к начальнику смены!

«Этого ещё не хватало!» – успел подумать.

– Ну, сколько можно ждать, мужики? – послышался в глубине автобуса полусонный голос.

Другой тут же подхватил:

– Картошка на столе стынет, водчонка в стопаре выдыхается!..

– Знаешь, куда со своей водчонкой? – почему-то обиделся первый.

– Знаю, знаю.

В дверях Тарас столкнулся с водителем, и, уже поспешая, услышал, как тот сказал:

– Диспетчер просила обождать, хлопцы!

Собаки лениво побежали впереди, и ему пришлось на миг остановиться, чтобы не наступить на одну из дворняжек, – торопился, спрямлял путь.

В нарядной начальник смены Комаров его ошарашил:

– В ламповой до сих пор не разрядился Кошкин, он где?

– Не знаю! – машинально ответил мастер и тут же спохватился: глупость сказал. В его положении – непозволительную.

А начальник уже прицепился:

– Хорош – не знает!

– В шахте на смене был, это точно...

– Был-то был, сейчас – где? – повысил голос начальник.

Лисичкин замялся: за час до конца смены звено крепильщиков свой наряд выполнило, и он разрешил ребятам, «не засвечиваясь», подняться на-гора. Сам по конвейерному штреку пошел вниз проверить работу доставщиков.

Времени с тех пор хватило бы и до одурения накуриться, и сыграть в «тыщу» и, не торопясь, зайти в ламповую. Но разве скажешь начальнику, что люди вышли наверх без горного мастера? Сказать так – вынести самому себе приговор.

«Опять этот Кошкин, опять! – пронеслось у мастера в голове. – Что будешь делать – опять он!»

Чтобы уснул в каптерке, не должно быть – ребята наверняка разбудили бы.

Остался в шахте? Но что ему там одному да еще без инструмента?

Да и потом: Кошкин не из тех, кто по собственной инициативе задержится для доброго дела, нет! Активист-то он активист, да больше по другой части...

– Ну, так я спрашиваю?! – наседал начальник.

И Тарас понес пальцы к затылку...

А правда: вдруг что-нибудь стряслось на транспортной ленте при выезде на-гора?

Сколько уже было случаев, сколько!

Чуть зазевался, и посадочную площадку проехал. Больше ждать нечего – надо спрыгивать. А лента бежит!..

До концевого выключателя не дотянуться, надо идти на риск – другого выхода нету. А там уже – пан или пропал!

Прокомментировать
Необходимо авторизоваться или зарегистрироваться для участия в дискуссии.