Журнал Огни Кузбасса
 

Адрес редакции:
650000, г. Кемерово,
Советский проспект, 40.
Телефон: (3842) 36-85-14
e-mail: Этот адрес электронной почты защищен от спам-ботов. У вас должен быть включен JavaScript для просмотра.

Журнал выходит благодаря поддержке Администрации Кемеровской области, Администрации города Кемерово,
ОАО "Кемсоцинбанк"
и издательства «Кузбассвузиздат»
Баннер Единого портала государственных и муниципальных услуг (функций)


Блондинка. (рассказ)

Рейтинг:   / 0
ПлохоОтлично 

Содержание материала

Владислав Игоревич спал нагишом, укрывшись мягким теплым одеялом, на широкой кровати. Он любил телесный комфорт, и душа от этого у него была мягкой, молчаливой. Будильник он заводил на без четверти шесть. В шесть часов начинались передачи местного радио, от которых он просыпался окончательно. А меж тем он дремал и нежился в постели.

– На работу проспишь, – послышался ему женский голос. Приснилось. В его комнате никогда не было женщин. Он избегал страстей,

и страсти его избегали.

– Вставай, будильник прозвенел давно, – повторился голос уже с нотками раздражения.

За окном серел рассвет. Он подумал, что это слышались голоса соседей за стенкой, протянул руку в изголовье и включил свет.

Одеяло свесилось на пол. Простыня сбилась с постели и лежала рядом, раздражая вялыми складками. Он хотел поправить ее.

– Отстань, – недовольно буркнула она.

Серьезным людям в жизни не везет. А Владислав Игоревич был серьезным.

Или считал себя таковым. Какую ошибку он совершил в жизни?

В динамике зашипело, потом грянул первый аккорд и хор подхватил гимн: «Союз нерушимый республик свободных…»

Простыня у него была одна. Старая. Жалко ее было выбрасывать. Когда к вещам относишься тепло, вещи оживают.

– Началась постельная лирика, – не узнавая своего голоса, произнес Безуглов.

Вот за что он и не любил фантастику – потому что там придумывали чепуху вроде той, которая с ним приключилась.

Больше Владислав Безуглов решил пока ничего не говорить. Он подошел к окну, чтобы определить какое теперь время года. Вчера была весна. Если бы сегодня наступила осень… Он раздвинул гардины. Была весна. Весна, природа пробуждается. Поэтому все может быть.

– Будешь на работе, подумай, как нам жить дальше, – сказала за спиной у него простыня.

– Что ты имеешь в виду? – он обернулся, надеясь, что ответа не услышит.

– Ты не находишь, что мы разные. Мы потеряли интерес друг к другу-

– Ну, – согласился Безуглов.

– Я так жить не могу, – продолжала простыня. – Давай расстанемся. По-хорошему.

-Это как?

– Не валяй дурака, ты прекрасно знаешь, что я говорю о разводе. – Да?

– Мне нужен документ.

– Разве мы супруги?

– Но ты со мной спишь. Сколько лет!..

– Не с тобой, а на тебе.

– Какая разница?

– Я не могу дать развод, потому что ни на ком не женат.

– Ах, так?! Тогда женись!

– Чтобы женится, нужна женщина, – без претензии на оригинальность сказал Безуглов.

– А я, по-твоему, кто? – спросила простыня. – Что ты строишь удивленные глазки? Ты со мной спишь. Почему ты думаешь, что на мне не надо жениться?

– Я прожил тридцать лет и три года, – овладев собой, ответил Владислав Игоревич. – И не слыхал, чтобы вещи говорили. Да притом всякую чепуху.

– Значит, я для тебя вещь, – обиделась простыня. – Почему же ты со мной спишь?

Владислав Игоревич не стал обсуждать положение. Он собрался, выпил чаю и ушел, надеясь, что как все началось, так все и образуется. Сказано уже, что был он человеком серьезным, нелепости его не занимали. Подумаешь, какая-то тряпка впала в амбицию. Выходя за дверь, он еще помнил о ней. Но, придя на завод, он уже думал о другом. Его ждала работа.

Работа – это один из способов уединения. Агрегатные станки, токарные полуавтоматы… Все требовали к себе его внимания. На девушек, работавших за станками, он никакого внимания не обращал. За исключением, разве, нормировщицы Светочки. К ней он относился дружелюбно, как к хорошей соседке. Об этом все знали в женском коллективе. Но это ему было безразлично.

У него был свой кабинет – мастерская с табличкой на двери: «Наладчик», где он работал и отдыхал. Там стояли верстак, три небольших станочка и мягкий диван. Там он пил чай со своим единственным другом электриком Гудимовым.

В нашей разнообразной жизни Безуглова не могли сбить с его пути ни увеселительные заведения, ни общественные нагрузки, ни спорт. Понимающие люди сказали бы, что он аскет. Дом, работа… Третьего ему было не дано. Но йогой он не занимался. А с работы возвращался домой всегда почти в одно и то же время.

Он прошел мимо разговорчивых соседок на кухне к своей комнате и отпер дверь ключом. Простыня лежала на кровати и смотрела телевизор. Программа посвящалась перестройке.

Кто станет указывать, как развлекаться нечистой силе?

Владислав понял, что придется менять привычный образ жизни. По крайней мере, ту часть, которая называлась досугом. С детства Безуглов не ходил гулять на улицу. В этот вечер он ушел.

Он бродил по улицам и удивлялся, что за глупость с ним приключилась. Какая-то жутко сексуальная история. И с чего! Не был он Нарциссом. А женщин не любил, потому что… Ну, не находил он, что можно в них любить. Ничего смешного тут нет. Если с кем другим такое случилось, можно было бы посмеяться. А ему что теперь делать?! И как это он до сих пор не догадался завести собаку? Или котенка, по крайней мере?

Вернулся он поздно. Простыня читала книгу или делала вид, что читает.

Безуглов достал пакет супа и приготовил ужин. Приглашать к столу бессовестную вещь он, естественно не стал.

– Ты обо мне не заботишься, – сказала простыня, когда он вымыл посуду.

– Я о тебе позаботился, – возразил Владислав. – Я тебя вчера использовал по назначению. Я постелил тебя на кровать. А утром ты…

– Что я? – дерзнула простыня. – Ты, оказывается, любишь семейные скандалы!

– О какой семье ты говоришь?

– Может быть, ты меня еще в шкаф собираешься засунуть?

– Если будешь плохо себя вести, я тебя выброшу!

– Оставь мечты, романтик! Да, я простыня. Но я не бездушное животное, с которым можно обращаться, как попало. Я не виновата, что меня назвали Простыней. А если меня назвали Простыней, это не значит, что на мне можно валяться всем, кому вздумается. Женись сначала!

– Да кто ты такая?

– Ты сам меня сюда притащил, я не напрашивалась.

– Но я же тебя взял в магазине. Не тебя, так другую…

– А зачем брал?

От бессмысленных разговоров Безуглову захотелось спать.

– Почему ты не даешь мне денег? – продолжала Простыня.

– Зачем тебе деньги?

– Мне нужно купить кое-что из вещей.

– Косметику тебе не надо?

– Я вижу, ты норовишь всем распоряжаться. Ты приходишь домой и начинаешь копаться в вещах так, как в своей душе не копался. Ты считаешь, что вещи должны тебе служить. Кто ты такой?

– Не знаю, вещь ты или нет, – решил положить конец недоразумениям Славик. – Но я точно знаю, что ты не человек: у тебя паспорта нет.

– Есть.

– Ярлык?

– А что? Там черным по белому написано все, что нужно. Вот, я в шкафу нашла, – она предъявила ярлык.

В ярлыке указывалось: «Простыня. Хлопчатобумажная. Фабрика…» Был ОСТ. Номер. Цена первого сорта. Ярлык подлинный.

– Но это не паспорт, – возразил Славик. – А даже если и паспорт… Это технический паспорт. Он не дает никакого права на замужество.

– Он дает право на существование. А тот, кто живет, имеет право выходить замуж. И вообще, Пигмалион на твоем месте почел бы за честь… А ты права качаешь.

По радио прозвучал гимн. Полночь. Пора было спать. Владислав шагнул к кровати.

Ложиться в постель без простыни ­ выглядело варварством. Ложиться на простыню… Что-то его смутило. Рассудок подсказывал: все нормальные люди спят на простынях. А чувства… Больше всего ему хотелось раздеться лечь и заснуть.

Он откинул одеяло, посмотрел на простыню и указал на матрац:

– Ложись.

Увы, его магическому заклинанию предмет не поддался.

– Ты в публичный дом пришел? – грубо высказала Простыня. – Я тебе не шлюха!

Безуглову надоели капризы природы. Он хотел расстелить простыню, но она увернулась.

– Ну и черт с тобой. Завтра другую куплю.

Подушку и одеяло он убрал – от греха подальше. Он лег, не раздеваясь, точно турист на привале. Свет погас. Впервые он спал по-спартански. Простыня легла рядом и отвернулась. Утром он не слышал будильника, соскочил с кровати, когда уже пропели гимн.

– Ключи от комнаты оставь, – попросила Простыня.

Он усмехнулся и ушел. Он починил сверлильный станок, отремонтировал шлифовальный, настроил фрезерный…

В этот день ему позвонили на работу. Валентина Николаевна из техотдела пришла и позвала его к телефону. Бывало, Безуглову звонили родители – отец или мать.

В техотделе работали только женщины. Они были наряднее и лукавее цеховских.

– Кто это тебе звонит, Славик?

– Такой тоненький голосок…

– Неужели у нашего Славика завелась зазноба?

Не обращая внимания на смешки, Безуглов взял трубку.

– Алло… Какая простыня?

Что ему говорили, не было слышно. Но по виду его все поняли – что-то оскорбительное. Он злобно покраснел. Затем он сказал буквально следующее:

– Ты с ума сошла! Не валяй дурака, лежи дома!

Женщины в отделе прыснули смехом. Но Безуглову и в лучшие времена было не до них. Он пыхтел в трубку:

– Где ты взяла ключи?

– Где ты взяла деньги?

Потом он будто спохватился, что ведет себя неприлично, сказал сухо:

– Надеюсь, ты будешь благоразумной. И ушел в свою мастерскую.

После работы он торопился домой. Разговорчивые соседки на кухне приумолкли, когда он вошел. По-видимому, они хотели что-то спросить. Но ему было не до них. Он прошел к своей комнате, достал ключи. Но дверь оказалась не запертой. Простыня сидела за столом и что-то писала. Она успела наутюжиться. От нее пахло духами.

От этого запаха или от ее вида Безуглову стало тошно.

– Где ты была?

– Ходила гулять.

– А что ты пишешь?

– Готовлю сведения, чтобы привлечь тебя к товарищескому суду. Владислав присел на кровать. Он представил, как его самозванная невеста

будет ходить по судам и женсоветам и жаловаться: «Он мне зарплату не отдает. Он меня избивает…» У нее хватит ума и на работу заявить…

– Не примут у тебя заявления, – не очень уверенно сказал он.

– Почему?

– Потому что паспорта нет.

– Не волнуйся, я получу паспорт.

– Какой дурак тебе его выдаст?

– Я уже все выяснила. Я получу паспорт и пропишусь здесь. Посмотрим, как ты потом заговоришь.

Этим вечером Славик лег спать пораньше, с головой завернувшись в одеяло, но все равно до полуночи заснуть не мог.

Прокомментировать
Необходимо авторизоваться или зарегистрироваться для участия в дискуссии.