Адрес редакции:
650000, г. Кемерово,
Советский проспект, 40.
ГУК КО "Кузбасский центр искусств"
Телефон: (3842) 36-85-14
e-mail: Этот адрес электронной почты защищен от спам-ботов. У вас должен быть включен JavaScript для просмотра.

Журнал писателей России "Огни КУзбасса" выходит благодаря поддержке Администрации Кемеровской области, Администрации города Кемерово,
ЗАО "Стройсервис",
ОАО "Кемсоцинбанк"

и издательства «Кузбассвузиздат»


Алексей Бурко. Три рассказа

Рейтинг:   / 2
ПлохоОтлично 

Содержание материала

Тополя

 

 

Солдатский взвод идет пыля,
И песня будит городок,
И осыпают тополя, и осыпают тополя
Лебяжьим пухом даль дорог.

Песня нашей роты

 

Дерево моего детства? Конечно, тополь!

Высокие, старые, они росли в три ряда в нашем провинциальном дворе. Я, тогда ученик начальной школы, частенько слонялся между ними в ожидании других пацанов. Иногда мы залезали по веткам довольно высоко. Земля внизу была утоптанной, плотной…

«Да какой же лук из тополя?!» – возмущался врач «Скорой помощи». Ехали мы быстро. С мигалкой.

Странно, но после этого случая я стал лучше учиться и получил разряд по шахматам. Опять же, стихи…

Маму позвал Сашка Горностаев (вероятно, потомок дворян, думается мне сейчас), наш сосед с первого этажа. Идейный вдохновитель этой луковой затеи. Ветка не ломалась – Сашка предложил покрепче уцепиться за верхнюю, а на нижней попрыгать. Сломались обе. И по пути еще три. Очнулся на земле. Конечно, надо иметь свою башку на плечах. С тех пор ее украшает серьезный шрам: приземлялся я вниз головой. Когда зашивали, побрили наголо. Сломал еще левую руку и несколько пальцев там, по мелочи…

Она была беременна третьим. На восьмом месяце. «Лешка улыбался и меня успокаивал. Поэтому у меня выкидыш и не случился. Потому что улыбался». Отец с работы прибежал позже.

Мне определили сотрясение мозга. Поместили во взрослую травматологию. «Ну ты, Лёх, и матерщинник!» – восхищались мои соседи, два заводских парня. Я общался с ними на равных, только что не курил. Весь месяц, благо был август, объедался арбузами. Угощал всех, конечно.

Потом мы еще переезжали. Ехали в междугороднем автобусе: мама с пузом, я бритый, со шрамом и перевязанной рукой. Тащили скарб, впопыхах забытый грузчиками. В том же виде через пару дней заявился я в новый класс. Мой «звездный час»…

С братишкой у нас все равно ничего не получилось. Медсестра уронила в роддоме. Написали «родовая травма». Прожил четыре дня. Мама пришла домой, и мы обматывали ее грудную клетку простыней. Чтобы сделать потуже, ей пришлось лечь на пол, а я, мелкий, давил на спину коленкой. Останавливали лактацию, или как там это называется.

 

Прошли годы, мама тяжело заболела. Уходила она трудно, долго. Я был в институте на лекции, в дверь постучал старший брат. Когда хоронили, обошлось почти без слез. Даже перешучивались. Стоял прохладный прозрачный октябрь. Приехали с кладбища, стали поминать. Я вышел на балкон за водкой, босиком. «Куда ты без тапочек!» – обязательно сказала бы мама. Но ее не было. Вот тут я заплакал.

Прокомментировать
Необходимо авторизоваться или зарегистрироваться для участия в дискуссии.