Журнал Огни Кузбасса
 

Адрес редакции:
650000, г. Кемерово,
Советский проспект, 40.
Телефон: (3842) 36-85-14
e-mail: Этот адрес электронной почты защищен от спам-ботов. У вас должен быть включен JavaScript для просмотра.

Журнал выходит благодаря поддержке Администрации Кемеровской области, Администрации города Кемерово,
ОАО "Кемсоцинбанк"
и издательства «Кузбассвузиздат»
Баннер Единого портала государственных и муниципальных услуг (функций)


Колдунья Азея (роман) ч.3

Рейтинг:   / 0
ПлохоОтлично 

Содержание материала

Апроська сходила на улицу, Азея встретила ее теплым взглядом.

- Пряников дважды купил Касатников, - сказала повеселевшая Апроська.

- Принеси постно масло, Апросочка, то, что на нижней полке.

- В чуланчике?.. – Апроська бросилась за маслом. У двери обернулась: - Да конфеток. – Выскочила в сени.

- Мамоньке тока не просвистись, матушка, ладно? – подавая туес, испуганно попросила Апроська: - Никомушеньки. Ты же знаешь, чо он мне сулил?

- Как не знать. Опосля того разу, верно?

- Истинно.

- Вить ты умна девка, как же не подумала, когда шла?

- А откуль я знала? С Марейкой подрались, я за баню убежала. Я вовсе не хотела в окошко подглядывать. Он сам увидел меня, когда дядя Егор Федотыч напарился да ушел. «Апрося, - в окошко-то, - сходи с ковшом к колоде, зачерпни водицы холодной». А сам обманул – заманил в баню по чо-то. – Апроська замолчала. Потом, пошмыгав носом, продолжила: - Ну, мылися мы с ëм… и все. Спроси сама его.

- Не все, Апросюшка. Забыла ты чего?

Апроська надолго задумалась, потом замотала головой:

- Ага, забыла, как есть забыла.

- Я подскажу – целоваться учил.

- Ага, учил. Вспомнила, учил. А мне не поглянулося: колется. Потом вехоткой с мылом тер меня. Всю как есть.

Таким манером Азея долго выуживала из Апроськиного омута-души все о Касатникове. Одобряла все Апроськины действия по защите своей чести, на что Апроська разохотилась и рассказала все.

- Хошь, говорит, Апрося, я покажу тебе, чо бабы с мужиками по ночам делают. А я чо, дура? То же, что вон и собаки. Склещишься еще с ëм, и взамуж никто не возьмет.

Манька, которая до этого времени лежала, вскочила и стала, фыркая, прыгать по избе. Сорочонок Катька (каждого нового сорочонка для удобства колдуньи называли этим именем) ругался и угрожающе стрекотал, если Манька приближалась к дереву. Манька вытягивала шею и, глядя на Катьку, шумно втягивала воздух. Катька отступала в угол. Азея, как дитя, радостно хохотала над их проделками. Вдруг Манька стала невежей.

- Манька, Манька, ты чо удумала? Апрося, прогони гостью, да убери за ней.

Силой выдворили жеребушку. Апроська взялась за веник и лопату. Азея вдруг застыла на кровати. Закрыла глаза, напряглась вся, растопырив пальцы рук.

- Апроська! Бросай веник, отворяй ворота – бог гостей послал. Марея мне сказала.

Апроська с удивлением и страхом посмотрела на пернатую вещунью. Азея, вставая с кровати, неловко повернулась и уронила самопрялку. Подняв ее, Апроська заглянула в окно:

- Да каво ты, матушка, турусишь? На улке ни шороху, ни пороху.

- Торопись, Апроська, Марея кровь вещает.

Девка еще раз с недоверием посмотрела на птицу и, повинуясь приказу, выбежала в ограду, отодвинула воротный засов и… с испугу отскочила в сторону.

Из-за кустов несколько мужиков приискателей спешно внесли во двор, а затем и вдомдвое носилок. На них лежали парни с окровавленными лицами.

Осмотрев одного, Азея сказала:

- Зря маялись – холодный уже. Выносите. А этот… - Она взяла другого за руку, наклонилась над ним, послушала. – Душа-то тоже далеко. Но вернуть попытаюсь. Апрося, горячей воды.

Пока горняки выносили мертвого, знахарка спешно сняла со своей ноги шину-лопатку и, прихрамывая, отставила самопрялку за топчан. Апроська ухватом вытащила из печки большой чугун с кипятком.

- Лей в ведро, - тихо приказала лекарка, - да сперва убери за Манькой. Харю-то свою умой – напужаешь всех, Анчутка.

Мужики оторопело стояли у дверей горницы. Они заворожено смотрели за действиями Азеи. Один выхватил у Апроськи лопату и веник:

- Давай помогу. Умывайся.

Впопыхах Апроська только грязь размазала по лицу, но никто не обратил внимания. В этот момент с помощью мужиков Азея вытянула из-под печки длинную полсть из волчьих шкур.

- Кладите сюда.

С носилок на полсть переместили безжизненное обмякшее тело Ограна. Азея приказала вытащить оттуда же бревно, около двух метров длиной. Мужики только теперь заметили, что она все время чуть слышно повторяет одно слово. Но какое - никто не мог разобрать.И тут ее птица Марея, у которой было семь крашеных перьев, тоже стала повторять то же слово, чем привела мужиков в крайнее изумление.

Азея увела в сени главного из этой компании – Евлампия. На ухо шепнула: «Раззуди мне девку». - «Не могу – такая беда, а ты – девку раззуди», - ощетинился мужик. «Раззуди - велю, для дела, чтобы захотелось ей мужика любить, да чтоб дух бабий появился от нее. Понятно? Не вздумай только одолеть ее, блаженную», – приказным тоном сказала хозяйка, отошла к Апроське, что-то шепнула той на ухо. Девушка боком выскользнула в дверь.

Азея чуть отодвинула кутную лавку, выдернула из-под посуды доску. Посуда словно прибитая к стене, осталась на прежнем месте. Лишь какой-то горшок упал на пол и стал потихонечку дымить. Ножки у лавки стояли, как прежде. Лавочную доску они положили на бревно. Та покачнулась из стороны в сторону и застыла на бревне, не понять каким образом.

- Вздымайте, кладите.

Мужчины подняли шкуру за шесть деревянных кляпов и водрузили на это шаткое удивительное ложе. Один, что стоял близь дымившегося горшка, боязливо оглядывался. Словно это дымит бомба и сейчас она взорвется. В избе появился странный запах, пощипывающий ноздри.

- Держите, - приказала всем Азея, строго посмотрела на трусливого приискателя. Быстро вышла и мигом вдернула в дверь раскрасневшуюся Апроську, увела ее за печку. Но через мгновение вышла уже покрытая большим белым платом (пончо) с прорезью для головы посередине. Что вновь изумило присутствующих. Изменилась она и в лице и, кажется, даже хромать перестала. Мигом колдунья распустила свои волосы, зашла с изголовья больного. Через равные промежутки времени повторяла теперь уже ясно различимое: «худо человеку, худо». А Марея повторяла: «худо, худо, худо, худо». Вдруг колдунья резко наклонилась, подняла веки больного, опустила и, проделав это трижды, заставила приискателей, словно зыбку, покачивать шкуру. Бросив беглый взгляд на солнечный блик на полу, встала холодно-непроницаемым лицом в обратную от солнца сторону. Соединив перед грудью ладони, застыла на томительное время.

Потом наклонилась, словно для поцелуя. Резко хватанула воздух ртом и тут же вдула больному в рот.

Все, затаив дыхание, заворожено ждали чуда. Но, несмотря на усилия колдуньи, никаких признаков жизни парень не выказывал. Она взяла край шкуры у одного «брата милосердия», у другого, покачала ими и опустила. Шкура, чуть касаясь пола, словно застыл в воздухе.

- Привздымайте.

И те, что держали шкуру возле ног, приподняли эти странные носилки. Азея вытянула на себя бревно. Так, что Огран лежал на нем, очевидно, лишь головой.

- Опускайте, – скомандовала она.

Но мужики боялись уронить. А на ее требовательный жест опустили и вновь поразились – полсть повисла в воздухе, лишь кое-где шерстью касаясь травы, постланной на полу. Один хотел заглянуть под полсть. Азея жестом указала на дверь – тот пулей вылетел из избы. Вошел Евлампий, воровато бегая по избе кошачьими глазами. Из-за печки, покрытая таким же, как и колдунья, платищем вышла Апроська. Колдунья попросила всех мужиков выйти вон.

Колдунья с помощью девушки обнажила покалеченного полностью. Апроська воротила голову от мужской наготы. Азея тряпкой прикрыла Ограну низ живота. Осмотрела раны, постелила на них красные тряпки и сверху стала сыпать желто-белый порошок, похожий на старую известь. Приказала Апроське ходить вокруг ложа и говорить: «ой, худо, худо человеку».

Через какое-то время Азея вышла из-за печки, держа красную же тряпку в руке. Наклонилась опять над головой Ограна с изголовья. Через минуту выпрямилась:

- Худо дело, дева птица Марея, - обратилась она к «воронушке». - Душа его отлетела. Пока я ему дам чуть своей души. Слетай, Марея, догони его душу.

Колдунья, пропустив между своих ног голову Ограна, прошла до середины тела, а сев Ограну на живот быстро развернулась и встала. Потом пристально стала смотреть на птицу. Затем медленно вытянула руку. Серая птаха вспорхнула с ветки и села на тыльную сторону ее кисти. Азея повторила приказание. Птица влетела в печной дымоход. Азея ударила Ограна по щеке, по другой и стала ходить туда и обратно, пропуская его тело и бревно между своих ног.

- Святые здесь - грешников нет.

Вскоре через трубу вернулась птица. Она села на грудь Ограна и стала махать крыльями. Азея обнесла дымящим горшком вокруг больного. Потом дыхнула над горшком, наклонилась над головой и вновь дунула в рот Ограну. Он открыл мутные глаза, не понимая, где он и что с ним случилось. Во всем теле он ощущал гложущую боль.

- Где я, что со мной? - с силой выдавил покалеченный.

- Потом узнаешь, а пока выпей этот настой, - колдунья приподняла его голову.

- Противное зелье, - сморщился больше, чем от боли парень.

- Пей, говорю, не шиньгайся! - Азея насильно наклонила чашку. Парень чуть не захлебнулся, но проглотил все.

- А теперь спи.

- Ну? - вопросительно смотрел Евлампий.

- Идите к себе и того уносите подальше от дома. А на «ну» узнаете через три дня.

- Чего-нибудь надо?

- Я сказала все. Через тридни. И то придет один, а пока - с Богом.

Прокомментировать
Необходимо авторизоваться или зарегистрироваться для участия в дискуссии.