Журнал Огни Кузбасса
 

Адрес редакции:
650000, г. Кемерово,
Советский проспект, 40.
Телефон: (3842) 36-85-14
e-mail: Этот адрес электронной почты защищен от спам-ботов. У вас должен быть включен JavaScript для просмотра.

Журнал выходит благодаря поддержке Администрации Кемеровской области, Администрации города Кемерово,
ОАО "Кемсоцинбанк"
и издательства «Кузбассвузиздат»
Баннер Единого портала государственных и муниципальных услуг (функций)


Короткие истории из жизни Светочки Ромашкиной (повесть)

Рейтинг:   / 1
ПлохоОтлично 

Содержание материала

История третья,

издержки взрослых «радостей»

В отпуск папа пошел в середине июня. Это совпало с профессиональным маминым праздником, Днем медицинского работника. Родители решили отметить совпадение этих двух событий. В воскресенье вечером мама накрыла круглый раздвижной стол льняной клетчатой скатертью с белыми и зелеными маками. На скатерти стояли любимые блюда: селедка в кольцах репчатого лука, винегрет, соленые огурцы, помидоры и грибы, круглая отварная картошка. Своего времени в морозилке холодильника «Бирюса» дожидались домашние пельмени. По черно-белому телевизору «Изумруд» пела Майя Кристалинская, озорно глядя черными глазами, жирно подведенными черным карандашом.

К шести пришли Прошины, Ивановы и Гвоздиковы. Дети играли в «дом». Трехлетняя Катюшка Гвоздикова была дочкой, Света – мамой, Толик Иванов – папой, а самый старший Алешка Прошин – дедушкой, инвалидом Великой Отечественной войны. Поскольку рука еще не выросла. Толик «после работы» сидел на чемодане (он был вместо дивана) и пытался рассмотреть в картонной коробке, как «наши» забивают гол немцам. Света «варила суп» на кубиках в алюминиевой кастрюльке. А Алешка «стоял в магазине (как положено пенсионерам) в очереди» за «Московской» колбасой и круглым хлебом. Одна Катюшка всем мешала, то, пытаясь стащить кубики у «мамы», то, недоверчиво рассматривая «папин телевизор».

К девяти часам глаза у Катюшки стали медленно моргать и закрываться сами собой, как у кур на насесте, виденных Светой у бабушки в деревне. Катина мама, тетя Лида, понесла ее домой укладывать спать. А остальные взрослые пошли к Ивановым плясать и петь песни под гармошку. Детям было разрешено поиграть у Ромашкиных. Троица друзей обрадовалась двойному избавлению: от приставаний маленькой Катьки и от контроля взрослых.

Когда дети остались одни, Алеша предложил:

– А давайте играть, будто мы отмечаем День Победы. У меня дедушка на 9 Мая надевает медали и ходит на парад. А потом пьет водку и поет военные песни.

И они втроем, нацепив значки, стали маршировать и отдавать честь под бодрое Лешкино «трум-пум-пум», а потом уселись за стол. Все знали, что водка прозрачная, и хозяйка побежала на кухню наливать в бутылку воду из-

под крана. Но самый умный, Алешка, придумал лучше. Во всех почти рюмках оставалось понемногу спиртного. Можно было слить все это в три рюмки и пить «по правде».

Ребята глотнули, дружно сморщились и закашлялись. Внук ветерана войны, как опытный, сунул друзьям по ломтику соленого огурца. Дед так делал. Потом, как положено, Леша стал душевно выводить: «Эх, дороги! Пыль да туман…» Оказалось, что Толик тоже знает эту песню. Ее любят папа и дедушка. Мальчики пели, а их подружке вдруг стало невыносимо жалко своих дедушек, тоже воевавших, но «не доживших до наших светлых дней», как говорили по радио. Они тоже сейчас могли бы петь песни под гармошку про дороги или «Майскими холодными ночами». А теперь их вот нет, и бедная Светка никогда в жизни их не услышит и не увидит. Она заливалась слезами еще и оттого, что рука у друга так и не выросла, а ему в этом году идти в школу. От горя и отчаяния девочка уронила голову на руки. Голова внезапно закружилась, Светка упала под стол, накрытый льняной скатертью, и уснула.

Проснулась она глубокой ночью от тошноты. Несчастный папа носил Светланку к унитазу, а мама встревожено спрашивала, что ребята ели без взрослых. Как родители не почувствовали запах спиртного от детей?! Света и не могла предположить, что от одного глотка этой жгучей жидкости может быть так плохо! Так наша героиня с друзьями приобщилась к сомнительным радостям взрослой жизни.

Ее папа, к большому огорчению мамы, водку считал самым, что ни на есть правильным способом расслабления в нерабочее время. По крайней мере, в отпуске. Но, во-первых, мама в отпуск, в отличие от папы, уходила только через неделю, а, во-вторых, она, вообще не разделяла папиных взглядов на способы расслабления. А папа уже во вторник решил «хорошо отдохнуть». У мамы, при виде неестественно веселого папы, сразу же сделалось злое лицо, и она начала на него кричать и обзывать его словами, которыми Светланке не разрешалось обзывать даже детей. А папа не стал говорить ей: «Касса закрыта, ключ у меня», ну и так далее, а молча пошел складывать свои вещи в коричневый чемодан. Дочка поинтересовалась: не к бабушке ли он собрался? Получив утвердительный ответ, Светочка спросила:

– Меня возьмешь?

На худом папином лице читалась решимость увезти дочку не только к бабушке, но и на край света. Дыша перегаром, папа поцеловал ее и предложил собираться. Светка радостно запела: «Жили у бабуси два веселых гуся», – тут же представив, как они с папой будут спать в поезде, (папа на верхней полке, она – на нижней), а завтра уже будут в другом городе. И побежала складывать в сетку розовое шелковое платье, заводную обезьянку и пластмассового пупса. Но тут в спальню ворвалась рыдающая мама и подхватила дочку на руки, повторяя, что та – глупая. Папа стал вырывать девочку у мамы, а та не отдавала. Светка заревела от страха, что они ее поломают, как игрушечного страуса, и у нее оторвутся руки и ноги. Она изо всех сил вцепилась в мать. Папа со скорбным лицом и отпускным чемоданом в руке пошел к выходу. Светка завопила с утроенной силой. Но папа все равно ушел. Девочка долго плакала, вглядываясь в темноту летней ночи, под неуверенные заклинания матери: «Он вернется! Вот увидишь, он вернется!» Наконец, на малышку навалился сон.

Проснувшись рано утром, Светланка взобралась на подоконник. Ждать папу. Солнце светило ярко, предвещая хороший день. Но маме нужно было на работу, и она, недовольная тем, что дочка хочет остаться дома, потащила ее в сад. Светка брела сзади, не отрывая ног от земли и поднимая клубы пыли. Мама ругалась и дергала девочку за руку. Она опаздывала на прием в поликлинику. У входной двери в сад мама наскоро чмокнула Светланку в щеку и побежала на работу. Светка с белыми босоножками в руках тащилась в свою группу на второй этаж, как на Голгофу. Первыми она увидела Калининых, дочь и мать. Плохое предчувствие встало у Светочки комом в горле.

Дело в том, что «Ленин № 2», папа Ленки Калининой, развелся с Ленкиной мамой и уехал три месяца назад со своей новой любовью. Совсем. А ведь еще только прошлым летом, дядя Саша на Ленкин день рожденья, зазывал, сверкая черными глазами, всю гулявшую во дворе, малышню к себе домой. Дети с писком и воплями «Ура!» вваливались в квартиру Калининых и, в замызганных на прогулке рубашках и платьях, радостно рассаживались за столом. Под потолком висели разноцветные воздушные шары, на стенах висели Ленкины рисунки и плакат «Расти большая, дочка!». Больше ни у кого не бывало так весело. Наверно, потому, что кроме Ленкиных родителей на детском празднике не бывало ни одного взрослого. И кроме окрошки и бутербродов не было никакой «взрослой» невкусной еды. А после чаепития дядя Саша, как маленький, играл с ребятами в жмурки, догонялки и боролся с мальчишками на ковре…

Света не понимала: почему Ленкин папа бросил их? Тетя Марина никогда не ругалась. Потому, что была очень воспитанной. Она была красивая: стройная, с большими выразительными глазами на аристократически тонком, ухоженном лице. В спокойных глазах с рождения, видимо, и навсегда застыла какая-то небесно-голубая печаль. Она светилась в глазах тети Марины, даже когда та улыбалась. «Богородица!», – с ударением на каждое «о», иронично говорила про нее тетя Галя Иванова. А Светкин папа сказал, что дядя Саша развелся с женой потому, что, много лет угождая тете Марине во всем, так и не сумел ее осчастливить. На что Светкина мама ответила:

– Да, просто кобели вы все, мужики!

Когда Ленка поняла, что папа больше к ним не вернется, то стала искать ему замену. Любого молодого мужчину, заинтересованно глядевшего во время разговора на ее мать, она напористо брала за руку и, с отчаянием в черных глазах, выпаливала:

– А пойдем к нам жить!

Как в представлении про «Теремок». Только вместо Светы и Толика рядом стояла «сгоравшая со стыда» мать.

Светочка перестала играть с Леной после развода ее родителей. Боялась заразиться от нее «вирусом несчастливости». Как гриппом. А вот теперь оказалось, что профилактические меры оказались напрасными. И теперь кто-нибудь другой мог так же заразиться от Светки. И она тихо заплакала. Вышедшая из группы Светлана Алексеевна тщетно пыталась добиться какого-либо вразумительного ответа о причине слез девочки. Тогда воспитательница обняла всхлипывающую тезку и повела ее в группу. Несчастной девочке не хотелось ни играть, ни гулять, ни есть.

Ее не заставляли подчиняться. Даже няня не приставала, как обычно: «Ешь, давай! А то суп за шиворот вылью!» И в сончас не заставляла глаза закрывать. Светочка лежала с открытыми глазами и думала, как плохо жить на свете. А потом уснула.

А когда проснулась, то за ней уже пришла мама. Вялая девочка поплелась домой. И даже предложение мамы купить раскраску, монпансье в круглой коробочке или воздушные шары не улучшило Светкино настроение. На вопрос: «А чего хочешь?» Она ответила:

– Хочу к папе!

Мама сурово молчала. Дома дочка спросила ее:

– Мама, а папа кобель?

Мама сердито велела Светке замолчать. У девочки появилась надежда на то, что папа уехал не навсегда.

Вечером мама сказала, что два дня до выходных со Светой посидит тетя Галя Иванова. Девочка этому обстоятельству несказанно обрадовалась и, лежа в кроватке перед сном, уже почти была уверена в скором папином возвращении. Поэтому, когда через два дня, в коридоре послышался звук открываемого ключом замка, она нисколько не удивилась, а побежала встречать отца. Папа стоял на пороге в новой летней шляпе и улыбался. И Света улыбалась, а мама смотрела на папу настороженно.

– Чего вы дома сидите, как две курицы? Погода прекрасная! С улицы бы

не уходил! – и папа засмеялся, обнимая обеих. – Бабушка вас в гости ждет!

Светка тоже засмеялась, и мама улыбнулась. Они даже на «куриц» не обиделись. Дочку уложили спать пораньше. Завтра нужно было собирать чемоданы для поездки. Вечером следующего дня все вместе поехали к бабе Маше. Потому, что у мамы, наконец, наступила отпускная пора, а еще потому, что папа уже купил билеты на поезд.

Прокомментировать
Необходимо авторизоваться или зарегистрироваться для участия в дискуссии.