Журнал Огни Кузбасса
 

Николай Ерёмин. Рассказы

Рейтинг:   / 0
ПлохоОтлично 

Содержание материала

Чёрный пояс, первый дан

Чтобы получить Чёрный пояс, первый дан, нужно сначала поносить Красный, Оранжевый, Жёлтый, Зелёный, два Синих, три Коричневых, и только тогда – Чёрный пояс, первый дан.

В посёлке 16-ти борцов под Абаканском жили два брата, Степан и Иван.

Степан с отличием окончил школу, офицерское училище и стал командиром воинской части, которая располагалась рядом с посёлком. Днём он командовал частью, выполняя секретную боевую задачу, а по ночам писая стихи о любви к жене, к сибирской земле и Родине, которая его воспитала. И всё у него было – и государственная четырёхкомнатная квартира, и дети, а потом и внуки.

У Ивана же ничего не было.

Жил он на краю посёлка в избушке на курьих ножках, об одном окошке, печка посередине, кровать, стул, стол да старенькая пишущая машинка, на которой он днём и ночью печатал стихи, так как тоже был поэтом.

Родился Иван на два года позже Степана, рос болезненным, и все мальчишки обижали его ни за что ни про что… Одна ножка была у него короче другой, поэтому был он признан врачами инвалидом с детства и получал пенсию. Окончил всего четыре класса и, занимаясь самообразованием, кроме как пастухом нигде и никем не работал.

И вот, когда ему исполнилось шестнадцать лет, поклонился он отцу и матери и отправился путешествовать в Китай и в Японию, чтобы научиться там искусству рукопашного боя и стать в посёлке семнадцатым борцом.

Десять лет не было его дома, а когда вернулся к родителям и брату, был на нём Чёрный пояс, первый дан.

– Никто теперь не сможет обидеть меня! – сказал он.

Так и оказалось.

Устроил старший брат показательные соревнования среди военнослужащих – и все, как один, оказались на лопатках.

Зауважали Ивана в посёлке 16-ти борцов, погибших когда-то во время гражданской войны между белыми и красными. Потянулись к нему в избушку на курьих ножках парни из посёлка и близлежащих деревень, научи да научи, покажи да покажи приёмы, сейчас, мол, время такое, за себя постоять уметь нужно.

И собрал он команду из 16-ти человек и стал обучать, возрождая, так сказать, историческую традицию.

А те и рады стараться. Днем учатся, а вечером – за бутылкой в магазин бегут.

Воздерживался Иван от употребления спиртных напитков. Но когда неожиданно, в один день, умерли его престарелые родители, напился на поминках – и понеслось, и пошло, и поехало…

А тут ещё влюбился нежданно-негаданно.

Приехал как-то в районный центр Балобаново и зашёл в редакцию районной газеты, стихи свои показать.

Встретила его редактор газеты Маргарита Семёнова, разведённая красавица, похвалила стихи и напечатала целую полосу под рубрикой "Рождение таланта". И зачастил к ней Иван. А вскоре стал не только признанным 17-м борцом, но и поэтом районного масштаба. Гитару купил шестиструнную и запел:

«Маргарита ты моя, Маргарита,

Для тебя моя душа вся открыта!

И поэтому, когда захочу,

Горы с нашего пути сворочу!»

Но когда предложил он Маргарите пожениться, заупрямилась она и ответила отказом: "Хватит, – сказала, – побывала я уже в цепях Гименея, едва освободилась. Свободная жизнь дороже. Чего тебе? Мы друг друга любим, никто нам не мешает. Ты приходишь и уходишь, когда хочешь. Я зову тебя, когда хочу…"

Расстроился Иван, уединился в своей избушке и запил по-чёрному. Никто его утешить не может. Ни брат, который "Возьмись за ум!" говорит. Ни 16 учеников, которые без присмотра остались.

А Иван как напьётся, так и куражится над ними. Я, говорит, если будете учить меня, как жить, руки-ноги вам переломаю.

И действительно, поломал-таки, одному – руку, другому – ногу, когда разбуянился, а они скрутить его попытались.

И остался в одиночестве. Все его покинули в одночасье.

И вот однажды просыпается он утром с тяжкого похмелья, а встать не может. Паралич. Кондратий разбил, как говорят в народе.

– И до чего же ты, Ваня, себя довёл! – Степан его упрекает. – Главное, почему? Зачем?

А Иван ответить не может, язык у него во рту не поворачивается.

Что тут поделаешь?

Нанял старший брат медсестру пожилую, опытную, за весьма приличное вознаграждение.

Кое-как та Ивана выходила. Лишь через полтора года стал он подниматься с постели, по избушке передвигаться, за пишущую машинку садиться.

И мне, автору этих строк, письмо однажды напечатал. Хочу, мол, книгу стихов издать да с книгой этой предстать перед Маргаритой, пусть прочтёт и поймёт, какого поэта отвергла, какого богатыря сгубила ни за что ни про что.

А к письму огромную пачку стихов приложил.

Отобрал я лучшие и под названием "Мечты поэта" издал. 300 экз. Твёрдый переплёт. На века!

И приехал ко мне старший его брат Степан за тиражом, и привезли мы книгу в избушку на курьих ножках. Обрадовался Иван. Ходит по избушке, левую ногу волочит, на костыль опирается, Чёрный пояс и книжку стихов к груди прижимает. А у самого из глаз две скупые мужские слезинки катятся…

Прокомментировать
Необходимо авторизоваться или зарегистрироваться для участия в дискуссии.