Адрес редакции:
650000, г. Кемерово,
Советский проспект, 40.
ГУК КО "Кузбасский центр искусств"
Телефон: (3842) 36-85-14
e-mail: Этот адрес электронной почты защищен от спам-ботов. У вас должен быть включен JavaScript для просмотра.

Журнал писателей России "Огни КУзбасса" выходит благодаря поддержке Администрации Кемеровской области, Администрации города Кемерово,
ЗАО "Стройсервис",
ОАО "Кемсоцинбанк"

и издательства «Кузбассвузиздат»


Салим (приключенческая повесть-притча)

Рейтинг:   / 1
ПлохоОтлично 

Содержание материала

Глава 6. Хозяин черных камней

Первым делом Салим воткнул гарпун в песок и еще обломками кораллов для верности обложил. Здесь будет центр его земли, здесь она должна выйти из воды.

Солнце двигалось к полудню, заканчивался отлив, и надо было спешить. Салим

тщательно, по-хозяйски, обследовал кусочек мели. Его остров должен быть достаточно обширен и высок, чтобы даже в непогоду волны, разгулявшиеся в лагуне, через него не перехлестывали. В общем, дел предстояло много.

И вот он, первый известняковый камень, который лег в основание нового острова. Он был шероховатый, белый, с легким зеленоватым оттенком; в меру тяжелый, с трещинкой на одном боку, возле трещинки прилепилось несколько мелких ракушек, а две покрупнее – каури – прятались под ним.

Салим поднял его и, держа обеими руками, боясь поскользнуться, перенес к гарпуну. Вода крутилась, завивалась у ног, легкий песок поднимался со дна. Салим положил его возле гарпуна.

За первым камнем последовал второй, третий, пятый...

Салим укладывал их друг за другом, справедливо полагая, что вода набьет в щели песка, и основание станет прочным. Когда какой-нибудь камень оказывался не под силу, Салим оставлял его и брался за следующий. Работа подвигалась, хотя результатов не было заметно – камни брались из воды и ложились в воду. Кроме камней попадались небольшие обломки кораллов – они тоже шли в дело.

Между тем отлив закончился и, встав на самый верхний камень, Салим обнаружил, что вода едва лишь скрывает колени. Начался прилив.

Солнце палило, и чайки кричали сердито, и надменные фрегаты величественно проплывали над головой. А теперь даже небольшие камни с каждым разом становились все тяжелее и тяжелее, и руки начали противно ныть, а спина взмокла от пота. Но вода была кругом, и Салим черпал ее ладонью, выливал на голову и спину – охлаждался.

Очень Салиму хотелось, чтоб его земля, хоть на коротенький миг, из воды появилась! Кинулся он укладывать плиты и коралловые обломки как попало, лишь бы поближе к гарпуну – и тут же поплатился за это. Упал и больно ударился коленкой.

И почти одновременно услышал жалобный лай Тукара. Оглянулся Салим.

Смотрит: лодка медленно удаляется – сорвалась с якоря.

Бросился Салим к краю мели и – вплавь, вплавь – в погоню за лодкой. Проворные руки у рыбака, несколько сильных гребков – догнал лодку, перевалился через борт.

– Тукар, как же так? Ты от меня удрать собрался, да? Здорово ты придумал!

Весело Салиму, хохочет Салим! И воду забортную пригоршнями – в Тукара! И Тукар визжит и хвостом виляет!

Наклонился Салим – в очередной раз воды зачерпнуть, а из воды вдруг нож показался. Прямое такое черное лезвие. Воду аккуратненько режет, а она за ним моментально смыкается. Пузыречки только шипучие возникают и лопаются. Изумился Салим: вот так да! – откуда в воде нож?! А лезвие все выше и выше!

Да это ж... это ж никакой не нож – плавник акулий!!

Глянул Салим в воду и чуть сознание не потерял! И ураган, и гнев заминдара – все недавние ужасы померкли перед тем, что он увидел!!

Рядом с лодкой, едва не касаясь борта, шла громадная серая туша. Шла она

гораздо быстрее лодки, но не было ей ни конца, ни края. Вытаращенными,

безумными глазами глядел Салим на исполинское чудище. Вот и хвост проехал мимо лодки. Да такой хвост, что шевельнись он ненароком – только бы щепки от лодки полетели!

Табаба! Тигровая акула! Самая жестокая морская тварь из всех известных

Салиму! Замешкайся он чуть – сейчас бы уж устраивался в брюхе прожорливой хищницы. Ну, дела! Вот какие гостьи заглядывают, оказывается, в тихую лагуну! Рядом с ней мелькнули полосатые тени сопровождающих ее рыб-прислужниц.

Ощущая противный озноб между лопатками, Салим опустился на дно лодки. Ноги не держали, и руки мелко тряслись... Вот как устроено под солнцем: на земле свои заминдары, а в море – свои. Как быть? Может, бросить опасную затею пока не поздно? Поднять парус и умчаться на поиски настоящей земли? Тут даже собираться не надо; все, с чем приплыл сюда, у него в лодке, лишь гарпун-патиа выдернуть из камней.

Все так, да только кто его ждет на чужой земле? Такой же Фатх – сборщик

налогов, и такой же заминдар! И такая же бамбуковая палка, которая по-свойски начнет прогуливаться по его спине.

Ну – нет!

Все это Салим уже видел.

И потом – разве он чужой в море? Разве большая часть его жизни не прошла на воде?

Пока Салим размышлял, опасный плавник, надорванный посередине, пару раз обошел вокруг лодки и пропал с глаз.

Салим ждал. Может, хищница случайно сюда заглянула? Может, и не появится больше? А мы тут страху на себя нагнали.

– Обучайся, Тукар, с веслом управляться, надежней будет!

Поскуливает Тукар да хвостом виновато виляет, тоже понимает, что не глупая кефаль-йойо скрывается под таким плавником.

Вытащил Салим якорь из воды, подгреб на веслах к краю отмели, а затем осторожно повел лодку к будущему островку.

Выбрал место, выпрыгнул в воду, якорь закрепил понадежней и с удвоенной силой принялся за работу. Только вокруг стал внимательней поглядывать: хоть и мелко, но не рискнет ли какая-нибудь зубастая тварь напасть на него? Пусть она голодна и хочет есть, но зачем обязательно Салима?

Опять же и сам виноват: ворочает камни, шума много. А всякий рыбак – даже ребенок! – знает, что акул шум привлекает; всех, вплоть до маленьких раира, которые могут цапнуть за ногу на мелководье.

Рубаха у Салима мокрая, а снять нельзя. Вон солнце как печет. Однако лучше солнце, чем дождь. Месяца три до сезона бурных дождей есть у него в запасе. За эти три месяца надо успеть как можно больше.

Салим камни укладывает, а Тукар в лодке скулит. Скучно Тукару. Непонятным чем-то занят хозяин. Сети не ставит, рыбу не ловит, домой не торопится. Обиделся Тукар. Лег на дно, морду на лапы положил, на Салима смотреть не хочет. Что за странная рыбалка у нас нынче? – гадает и не может догадаться Тукар.

Звезды высыпали на небе, уставший Салим расправил плечи и решил: все, на сегодня хватит. Забрался в лодку, пожевал горсть сухого вареного риса, запил теплой водой из тыквы-калебаса. Тукар доел пойманную утром рыбу, да поворчал еще перед сном, что не думает хозяин домой возвращаться.

– Не ругайся, – сказал Салим. – Здесь у нас теперь дом. Да смотри, если ночью ветер поднимется, сразу буди, глубже уходить надо.

Тукар даже морду скривил – что он, не понимает, что ли?

Ночь все сгущалась, и в свете луны странно торчал из воды одинокий гарпун.

– Ничего, – сказал Салим, – ничего. У нас будет замечательная земля...

 

Глава 7. Она появилась из воды!

На следующее утро небо заполонили облака, завыл и засвистел ветер. Салим видел, как вольно разгулялись за внешней кромкой рифа мрачно-зеленые валы, как яростно, с грозным шумом накатывались они на защитное кольцо, отделяющее лагуну от моря, и как бессильно рушились и разбивались в тысячи брызг, оказавшись не в состоянии преодолеть надежную преграду. Белая пена мгновенно вскипала над острыми зубцами, с шипением распадалась и сменялась новой.

А здесь, в лагуне, рядом с расходившимся морем, маленькие волны мирно и безобидно бежали одна за другой.

Вот – гляди-ка! – и Черные камни, вот и коварная ловушка! В лихую погоду нет безопасней убежища, чем тут. Пока не разберешься – трудно понять, что тебе грозит, а что тебя защищает.

Несколько чаек спокойно покачивались на воде неподалеку от лодки, а еще пять или шесть с криком носились над самой мачтой, и Тукар сердито лаял на них.

Строительные работы пришлось отложить. Нашлись другие дела. Салим пересмотрел и подлатал сеть, хотя она здесь пока без надобности. Рыбы в лагуне много, и начни ловить ее сетью – куда потом девать? Проще и быстрей надергать на крючок с внешней стороны рифа или добыть гарпуном в проходе-пассе.

Тукар азартно грыз кусок рыбы. И собачья морда, и дно лодки были залеплены чешуей.

– Ловко ты разукрасился! – сказал Салим. – На месте нашего острова я бы уж

точно – ни за что из моря не выглядывал. Я бы тебя испугался!

– Гав!

Ближе к вечеру ветер стих, волны, отплясав положенное, – тоже. И Салим отправился к своей земле.

А затем – та же изнуряющая работа.

Камень за камнем, обломок за обломком, камень за камнем, обломок за

обломком...

Одно желание было сейчас у Салима – увидеть, наконец, свой островок. Чтобы можно было ступить на него или даже растянуться в полный рост.

Известняковые камни Салим укладывал рядами. Вчера и два не закончил, а сейчас завершал пятый. Получалась полоска шагов пятнадцать в длину и шага три в ширину.

Глянул Салим на небо – солнце вниз катится. Торопиться надо!

Он быстро выложил пятый ряд и взялся за шестой. Первый же коралловый обломок не до конца ушел в воду, а остался на треть над поверхностью. У Салима сердце подпрыгнуло от ликования.

– Смотри, Тукар, вот он – наш остров! Вот она, наша с тобой земля!

Салим выдернул гарпун. Зачем обозначать место острова, если он сам себя теперь обозначил.

– Гав! Гав! – весело отозвался Тукар. Если хозяин доволен – это самое главное.

В этот, шестой ряд, вошло совсем немного камней, но они уже поднимались над водой.

Салим водрузил сверху две гладких плиты и устроился на них. После долгих дней – то в лодке, то в воде – вновь ощутить сухую и твердую опору под ногами, это было что-то! И не беда, что земли Салима пока совсем мало. Главное – у него есть руки, сильные и крепкие. А значит, ясное дело, островку расти и расти!

Но некогда тут рассиживаться. Салим вскочил и опять взялся за работу.

Надо расширять основание вот сюда, к краю отмели – чтобы лодку можно было подгонять ближе.

Известняковые камни, что были рядом, он уже собрал. Теперь приходилось за каждым отправляться и за двадцать, и за тридцать шагов. И все же Салим работал ловко и сноровисто...

Сгустились сумерки, яркие звезды вновь рассыпались в небе.

Начавшийся прилив поглотил островок, и там, где невысоко над поверхностью торчали камни, опять плескалась вода.

– Ничего, – сказал Салим, – завтра он вновь появится...

 

Глава 8. Вечер

Так, в непрерывной работе, прошли третий и четвертый день.

И все бы хорошо, если б не омрачил случай: на четвертый день утром опять приплыла тигровая акула. Салиму пришлось бросить поднятый со дна коралловый обломок и удирать на свой остров. Повезло, что вовремя заметил. Это была та самая тигровая акула – Салим узнал ее по надорванному плавнику.

На этот раз она долго кружила поблизости, и в прозрачной воде мелькала ее серая, огромных размеров спина. Потом она прошла совсем рядом, едва не задевая брюхом дно, и лишь затем удалилась.

Да и мелкие раира стали чаще крутиться возле Салима. Поодиночке они не опасны, любую легко прогнать, но вот если соберутся в стаю, то иногда в них как будто злой дух вселяется. Тогда от них лучше держаться подальше.

Но Салиму особенно осторожничать некогда.

Мал еще остров.

Так мал, что за двадцать шагов весь пройдешь.

Ведь не только камни приходится доставлять, но и песок – чтоб сверху насыпать. Иначе об острые края ноги поранишь. А раны от кораллов заживают долго, это Салим знает.

Вначале он просто укладывал камни вокруг выступившей из воды вершины, потом сообразил, что не совсем разумно получается – куча обломков торчит над поверхностью: ни походить толком, ни отдохнуть не удается.

И тогда с той стороны, где глубина нарастает, Салим решил камни больше не укладывать – пусть здесь будет причал для лодки, куда ее подгонять удобно, – а расширять свои владения к восходу и закату солнца. А мысок с причалом обустроить основательно, все выступы песком засыпать.

Вот и получилось: узкая ленточка, где лодка приткнулась, ровная да гладкая, а дальше – камень на камне, словно дно взрытое поднялось.

Но ничего – и там наведем порядок!

...Теплый вечер навис над морем. Не спалось. Салим выбрался из лодки, отодвинув недовольно заворчавшего Тукара. Плечи ныли после дневной работы.

Салим присел возле кромки воды.

Маленькие волны, тихо и озабоченно шурша – ш-ш-ш-ш-ш! – подбегали и

шлепались, осторожно ощупывая новый для себя берег.

Салим погладил песок ладонью, собрал немного в щепоть и медленно высыпал.

Каждый камешек, каждая песчинка здесь уложены его руками. Даже не верится, что такое удалось... Да нет же – остров был всегда, лишь до поры до времени таился от чужих глаз, прятался в воде, а он, Салим, помог ему подняться, только и всего, вот!

Мелководье кишело жизнью.

Множество деловитых серых крабиков сновало по песку в поисках поживы. Сталкиваясь, они на мгновение замирали, трогали друг друга клешнями и разбегались в разные стороны. Несколько их бойко возилось возле рыбьего хвоста, недоеденного перед сном Тукаром.

Чуть подальше, то там, то здесь поверхность воды охватывала мгновенная рябь – это стайки мелких рыбешек рассыпались в панике от хищников покрупнее.

Маленькая акула мао-рии, виляя гибким хвостом, подползла чуть ли не к самым ногам Салима. Не обращая на Салима никакого внимания, она принялась охотиться на крабиков. Но спина торчала из воды, а брюхо елозило по песку, и это лишало акулу ловкости. Крабики проворно уворачивались от обжоры. Однако акула оказалась настырной. Раз за разом продолжала она беспомощно кружиться на одном месте, и вскоре крабики совсем успокоились. Немного отбежав в сторону, они, как ни в чем не бывало, продолжали заниматься своими делами. Так бы и пришлось незадачливой мао-рии убраться не солоно хлебавши, но тут на

мелководье выбралась еще одна акула, поменьше первой. Теперь уже вдвоем, без толку погонявшись за крабиками, хищницы сообразили неожиданную хитрость. Одна мао-рии неподвижно замирала на дне, а вторая гнала в ее сторону трех-четырех крабиков, и тот, который оказывался ближе к акульим зубам, становился их добычей. Затем закусившая акула точно также подгоняла крабиков к пасти своей подружки.

Когда в акульих желудках исчезло по нескольку крабиков, Салим рассердился – ишь, устроили тут охоту, и метко брошенным камешком прогнал сообразительных хищниц на глубину.

Оставшиеся крабики тут же забыли о неприятностях, ибо у них были

собственные желудки, и они тоже требовали наполнения.

Крикнула во тьме невидимая птица. Легкий ветер пробежал над водой. Круглая луна наклонилась и заглянула в запрокинутое лицо Салима.

Салим спал прямо на песке.

Прокомментировать
Необходимо авторизоваться или зарегистрироваться для участия в дискуссии.