Адрес редакции:
650000, г. Кемерово,
Советский проспект, 40.
ГУК КО "Кузбасский центр искусств"
Телефон: (3842) 36-85-14
e-mail: Этот адрес электронной почты защищен от спам-ботов. У вас должен быть включен JavaScript для просмотра.

Журнал писателей России "Огни КУзбасса" выходит благодаря поддержке Администрации Кемеровской области, Администрации города Кемерово,
ЗАО "Стройсервис",
ОАО "Кемсоцинбанк"

и издательства «Кузбассвузиздат»


Три очерка

Рейтинг:   / 0
ПлохоОтлично 

Содержание материала

Пётр Чихачёв – первокреститель КУЗБАССА 

2005 годом исполнилось 160 лет со дня публикации капитального труда Петра Александровича Чихачёва «Путешествие в Восточный Алтай». Чихачёв дал название нашему краю: Кузнецкий каменноугольный бассейн. Иначе Кузбасс.

Сегодня наша Кемеровская область имеет это, быть может, более популярное название. Чихачёв – человек, который первым определил естественные геолого-географические границы Кузнецкого каменноугольного бассейна. Он по праву первокреститель Кузбасса.

Сегодня – отрывки из «Путешествия в Восточный Алтай» Петра Александровича ЧИХАЧЕВА. Переведено с французского (в Девятнадцатом веке это был общепризнанный язык геолого-географической науки) В. В. Цибульским и опубликован в 1974 году.

 

Как и кем заселялась Сибирь 

В состав «колонистов» Западной Сибири входят, во-первых, лица, прошедшие ряд «очистительных» градаций, установленных для ряда категорий сосланных (об этом будет ниже), во-вторых, люди без определенного звания и профессии и, наконец, в третьих, крепостные, хозяева которых просили об их высылке.

Ввиду того, что очень большая категория ссыльных колонистов составляет лишь часть всех людей, сосланных в Сибирь, небезынтересно будет присовокупить некоторые данные о последних.

Смертная казнь, не применяющаяся в России, частично заменена ссылкой. Места и поселения, предназначенные для понесения этого наказания, строго предусмотрены законом, точнее, статьей 1057 (Свод законов, 1842 г.), в которой дается следующий их перечень: Сибирь и часть Кавказского района, заводы и солеварни на Урале, принадлежащие правительству, а также многочисленные предприятия в других частях империи; батальоны, предназначенные для службы в крепостях, охраны провинций и портовых работ. Хотя эти местности предусмотрены для тех, кто был приговорен судом к ссылке, сущность преступления предопределяет две очень разные категории сосланных.

Одна из них состоит из преступников, осужденных на каторжные работы за уголовные преступления. Вторая категория – лица, сосланные за менее серьезные проступки. Эта вторая категория подразделяется статьей 1272 на пять следующих разрядов:

– ссыльные, наказанные плетьми и осужденные в дальнейшем на работы на заводах и фабриках; они именуются временными заводскими работниками;

– так называемые ремесленные рабочие, обладающие крепким телосложением и знающие ремесло;

– лица, более слабые и менее подходящие к тяжелым работам; их используют в качестве домашней прислуги;

– лица, возраст которых, здоровье и прошлые занятия позволяют определить их как работников сельского хозяйства и экономики; этот разряд образует, по существу, ту часть сосланных, которые по обычаю и закону именуются «поселенцами» или колонистами, поэтому в дальнейшем мы их будем называть «ссыльные колонисты»;

– наконец, люди больные, дряблые, т. е. те, которые по возрасту или состоянию здоровья не способны к какому-либо труду.

К какой бы категории осужденный ни принадлежал, закон воспрещает разлучать жену и детей с мужем и отцом, если только первые не выразят желания разделять ссылку.

Если принадлежащие к первой категории лица в течение года отличались образцовым поведением, они получают право перейти в следующий разряд. Второй разряд имеет семь секций в соответствии с характером ремесла или профессией. Во главе каждой секции стоит мастер. Лица, входящие в этот разряд, должны оставаться в нем в течение шести лет, затем они переходят в третий разряд, т.е. поступают в услужение людям, обращающимся с соответствующими ходатайствами к местным властям. Срок работы в этом разряде – восемь лет. По истечении этого срока лица, не замеченные в нарушении установленных для них правил, включаются в разряд «ссыльных колонистов». Если представители этого разряда не смогут организовать самостоятельное хозяйство, то их распределяют по домам «казенных крестьян», где они остаются до того времени, пока не образуют отдельной деревни.

В первые три года ссылки колонисты освобождены от всех налогов; в последующие семь лет они платят в половинном размере налоги, взимаемые с «казенных крестьян». По истечении этих двух сроков, т. е. после десяти лет, они приравниваются в правах с упомянутыми выше крестьянами.

 

Как жили золотопромышленники Томской губернии В 1842 году 

Они ничего не жалеют ради хорошего стола и европейского комфорта. Ими они хотят себя вознаградить за жизнь в этих далеких пустынных краях. Они жаждут тех предметов роскоши, которые привозят с другого конца света, и платят за них непомерные цены. Так, во время моей поездки по золотым приискам богатых купцов Рязанова, Попова, Астахова и других в Томской губернии мне не раз приходилось наблюдать удивительно роскошную европейскую жизнь среди гор и степей далекой холодной Сибири. Сколько раз, сидя за столом, уставленным привезенными со всех четырех концов света яствами, я не мог не поражаться невероятным контрастам. Вот алтаец в войлочной шапке подает на тарелке японского фарфора апельсины, привезенные на берега Енисея из Мессины или Марселя через Петербург и Москву. Вот после обильной трапезы вам предлагают лакомства со всех уголков мира, при этом не забыты даже вина Малаги, Рейна и Бордо. Вы наслаждаетесь ароматным нектаром Аравии и прекрасными гаванскими сигарами. Дары благодатного юга поглощаются гостями, закутанными в пушистые, защищающие от холода августовского вечера меха.

С одной стороны, маленькое сибаритство богатых золотопромышленников этого края может найти себе достаточное оправдание, учитывая положение тех, кто доставляет себе дорогие утехи. Но, с другой стороны, присматриваясь внимательно к положению вещей на месте, нельзя не заметить, что быстрота, с которой создаются в этом крае огромные состояния, сильно вредит плодотворному его употреблению. Волшебный переход от состояния среднего достатка к великолепию богатства всегда приводит к пагубным безумствам, особенно потому, что приобретение таких богатств не зависит от упорного труда или серьезной умственной работы. Из этого следует, что большая часть золотопромышленников принадлежит к низшим классам общества, лишенным коммерческого опыта, а зачастую и всякого образования. Они редко вкладывают внезапно полученные богатства в какие-либо многообещающие предприятия, так что накопление громадных капиталов приносит мало пользы торговле и промышленности или, во всяком случае, меньше, чем можно было бы ожидать. По тем же причинам уменьшаются блага, которые должны бы были естественно излиться на рабочих приисков вообще. Вместо того чтобы распространить на рабочих благодеяния колоссальных богатств, обеспечив их выгодной работой, золотопромышленники создают только местный промысел, который совершенно не гарантирует будущего тем, кто на нем занят.

 

Рыночная экономика в Сибири 150 лет назад 

Местечко Тисуль стоит на самой границе большой золотоносной области Западной Сибири.

Прежде чем вступить в нее и ознакомиться с ее интересными районами, я считаю уместным напомнить читателю необычайный скачок в развитии золотопромышленности в Сибири. Вероятно, ни одна отрасль промышленности Европы не могла бы дать примера такого быстрого развития, чтобы за 14 лет рост промышленной продукции увеличился в 200 раз, как это произошло на золотых приисках Сибири: в 1830 году общее количество добытого золота равнялось примерно 95 килограммам, а в настоящее время оно составляет свыше 18 тысяч килограммов.

Возможности расширения разработок становятся еще более вероятными, если принять во внимание необычайную скорость расширения границ золотоносной области, как будто не желающих знать других пределов, кроме вечных льдов Арктики. Участие в этой отрасли промышленности, границы распространения которой в настоящее время невозможно определить, доступно любому лицу, пожелавшему ею заняться. За исключением двух районов (Колывани и Нерчинска), богатых золотой рудой и принадлежащих государству, необозримые просторы Сибири открыты всем народам.

Во избежание столкновений между предпринимателями были выработаны особые правила и законодательство в области промышленности по разработкам золотого песка. Горному ведомству (департаменту) поручено узаконивать и регулировать вход во владение, а также определять границы местности, на которую в ответ на формальный запрос от государства была получена концессия. Срок действия концессии – 12 лет. Каждому лицу дается во владение участок размером 5 верст в длину и 100 сажень (около 250 метров) в ширину.

Законом строго воспрещается иметь несколько участков, если расстояние между ними менее пяти километров. Для контроля концессий в Западной Сибири назначен один ревизор и в Восточной Сибири – два; кроме аппарата, подведомственного Горному департаменту, в каждый округ генерал-губернатор Сибири назначает чиновника гражданского ведомства, которому вменяется в обязанность регулировать отношения между предпринимателями и рабочими. Чтобы обеспечить эффективность контроля, со специальной миссией изучать на месте положение дел и докладывать о нем центральным властям в Петербурге командируется эжандармский офицер или агент тайной полиции.

В результате всех приведенных выше мер, а главное, благодаря духу самого народа во всех этих местах царит полное спокойствие, хотя многие обстоятельства могли бы послужить поводом к самым серьезным беспорядкам. Нельзя не восхищаться и не удивляться, наблюдая, как собранные в одном месте группы в 1500-2000 человек (почти все приговоренные законом) добывают каждый день массы сокровищ и добросовестно передают их в руки одного инспектора. Ведь у него нет никаких других средств помешать им поступить по-другому, кроме уговора и морального воздействия. Военной силы здесь нет. И вот когда в ветхой избе накапливается груда золота, его укладывают в ящики, которые устанавливают на телеги и спокойно везут в Барнаул.

С неменьшим изумлением можно видеть, как золотой груз, нередко огромной ценности, перевозят на расстояние в несколько тысяч километров короткими переходами. Его сопровождают два оборванных крестьянина и один-два казака, спокойно покуривающих трубки. Часто казаки даже не находят нужным брать с собой такой лишний груз, как оружие. К тому же они не делают тайны из того, что везут, как будто речь идет о перевозке чего-то совершенно незначительного.

Когда телеги с золотом мирно проезжают по какой-нибудь деревне либо в ней останавливаются, чтобы люди могли отдохнуть или сменить лошадей, этот обоз возбуждает значительно меньше интереса и любопытства, чем если бы он был нагружен продуктами или винами.


Томск-Кузнецкий, или Томский железоделательный завод близ Кузнецка 

Томск расположен в живописной местности. Он окружен горами, сплошь заросшими густыми лесами, сквозь которые то тут, то там мелькают беловатые массы известняка. С холмов, поднимающихся со всех сторон, открывается прекрасный вид на реку Кара-Томь, красиво струящуюся среди изумрудной зелени долины. Изменение уровня местности стало особенно ощутимым из-за сильного похолодания. Буйный ветер пригнал массу туч, готовых вот-вот разразиться снегом. Впрочем, в это время (25 августа по старому стилю, 5 сентября – по новому) снег здесь явление нередкое. Обильные снегопады бывают не только в сентябре. Вспоминали случаи, когда в середине сентября уже устанавливался санный путь...

Угрожающие признаки приближения зимы заставили меня еще энергичнее использовать каждую свободную минуту и вынудили отказаться от многих интересных исследований, которые потребовали бы большой затраты времени и большого спокойствия. Так, я мог посвятить всего три дня осмотру замечательной местности, где расположены томские заводы...

Минерал, который добывается, выплавляется и обрабатывается на предприятиях Томска, – это гидрат железа. Его обычно используют для производства чугунного литья и стали. Ежегодный выход чугуна достигает 50 тысяч пудов; из них вырабатывается 22 тысячи пудов чистого железа. Как и на всех заводах Алтая, в металлургических процессах используется только древесный уголь. Декарбонация железа производится в отражательных домнах. Домны здесь строятся обычно очень больших размеров, но дутье осуществляется с помощью цилиндрических мехов, приводимых в движение водой. Паровые машины не применяются еще ни на одном алтайском заводе, ибо использование при всех металлургических операциях исключительно древесного угля позволяет довольствоваться очень несложными и маломощными воздуходувными установками. Применение каменного угля усложнило бы работу, тем более, что уголь Кузнецкого бассейна по своей природе приближается к антрациту и потребовал бы значительного объема кислорода, подача которого могла бы осуществляться лишь при помощи более мощных машин. Из-за обилия и дешевизны леса во всех этих районах древесный уголь еще очень долгое время будет выгоднее применять, чем кокс. Для подачи воды на заводы оборудовано очень большое водохранилище. Хитроумно сконструированная плотина задерживает воду Томь-Чумыша и образует большой пруд. На некотором расстоянии вся вода идет по громадному деревянному трубопроводу.

Действительно замечательное явление, которое наблюдается почти на всех заводах и разработках Алтая и которое может вызвать удивление у любого иностранца, – это разнообразие обязанностей, можно даже сказать, универсальность, каждого рабочего. Собственно говоря, нет разделения на специальности машинистов, горняков, столяров, кузнецов, металлургов и т.д. Все машины и инструменты изготовлены руками, которые будут ими пользоваться при работе; эти же руки добыли из недр земли руду, которая будет плавиться на заводах, и эти же руки будут в дальнейшем обрабатывать металл и изготавливать различные детали. При этом поражают ловкость, умение и совершенно непостижимая сметливость, с какими выполняются самые различные операции...

 

Обратный путь в Петербург 

На этот раз опять все громадное пространство, которое мне предстояло пересечь, было покрыто снежным покрывалом. Это немало способствовало монотонности и скуке двух долгих моих путешествий, во время которых Алтай представился мне заслуженной наградой за все неприятности и тяготы пути и в то же время стал предметом моих сожалений. Взвесив всякого рода лишения и опасности, я был признателен своей звезде.

 

Геолог Василий Иванович Яворский 

Он родился 29 декабря по новому стилю и 10 января – по старому.

Получается, то ли в 1875-м, то ли в 1876-м. В энциклопедии указаны оба года.

Прожил Яворский без малого сто лет, окончив жизнь весной 1974-го. А наработал за это время столько – на два столетия хватит. И на целую геологическую партию.

Все в той же энциклопедии про него четыре строчки. Мол, геолог и палеонтолог. Труда по «палеонтологии стромапороидей» (мне сложно было понять, что это такое, и еще более сложно будет объяснить, поэтому примите на веру – пятитомник насчет стромапороидей суть классика науки). Еще труды по геологии угольных месторождений, главным образом Кузбасса, где Яворский провел 43 полевых сезона.

В книжке «Исследователи Кузбасса» есть фотокарточка, где Яворский снят белобородым старцем на фоне скал и речки. Речка, судя по надписи выцветшими чернилами на обороте, – хорошая знакомая Бельсу, что шумит с Поднебесных Зубьев. А сам старец глядит сурово спина прямая, и видно, что на ногах стоит твердо.

Начинал он жизнь 18-летним погрузчиком угля на Домбровских угольных копях. Вспомним литературу – правилом для тогдашней русской технической интеллигенции было несколько лет походить в «нижних чинах». Строитель Транссиба Гарин-Михайловский сначала отъездил кочегаром и машинистом на паровозе, а потом уж стал строить ветку на восток и писать книги. Будущий геолог Яворский тянул свою рабочую лямку под землей. И весь его недельный шахтерский заработок (45 копеек за смену) уходил на хлеб с селедкой и картошкой да на чай с сахаром.

Потом Горный институт в Петербурге. Учился долго – целых семь лет. Но научился многому. Потому что учителем у него был Леонид Иванович Лутугин. Тот самый, который привел за собой целую группу молодых исследователей – Павла Ильича Бутова, Александра Александровича Гапеева, Авенира Авенировича Сняткова, Семена Васильевича Кумпана. И, понятно, Яворского.

Процитирую официальное прошение Яворского на императорское имя: «Желая поступить на службу Вашего Императорского Величества по Горному ведомству, с зачислением по Главному Горному Управлению и откомандированием в распоряжение Директора Геологического комитета всеподданейше прошу: дабы повелено было сие прошение мое принять и меня вышепоименованного на службу по Горному ведомству определить...» – специально цитирую, чтобы подчеркнуть роль геолога для России начала века, которого брали на работу индивидуально и по специальному решению главы государства.

Правда, и дело, на которое замахивался Геологический комитет, было государственно и общенационально важным. В сущности, закладывался базис развития России на сотни лет вперед. Это было завершение геологической съемки всего Алтайского округа, «имеющей целью объединить и проверить все предыдущие наблюдения» – так было сказано в секретной записке, сопровождавшей проект исследований.

А они, эти наблюдения, начинались открытой Михайлой Волковым Горелой горы близ Верхотомского острога. Через много-много лет, в середине прошлого века, в наших краях побывал великий путешественник и геолог Петр Александрович Чихачев, определивший границы Кузнецкого каменноугольного бассейна и давший ему нынешнее, всемирно известное индустриальное имя. Работу Чихачева продолжили Щуровский, Краснопольский, Державин, Соколовский, Брусницын, Венюков и многие другие.

Наконец, с 1894 года начался главный этап исследования Кузбасса, совпавший с биографией Яворского. И ставший основным содержанием его жизни. Вспомним грандиозный проект советского времени – Урало-Кузнецкий комбинат. Яворский являлся одним из его создателей – за ним числится разведка угольной базы комбината.

Каждый этап исследовательской работы Яворского был сделан тщательно и добросовестно и всегда отмечался успехом. За труд «Кузнецкий каменноугольный бассейн» его удостоили премии имени Пржевальского. Это было в 1927 году. Спустя восемь лет, в 1935 году, он был удостоен научной степени доктора геолого-минералогических наук gonoris causa, то есть без защиты диссертации.

После войны, в 1946 году, он получил Сталинскую премию – так оценило государство его труды, что подчеркивает факт – и в эту нелегкую пору геология оставалась, как и при императоре, важнейшей стратегической заботой «отцов нации». (Кстати, диплом сталинского лауреата нынче хранится в запасниках областного краеведческого музея, в фонде Яворского – скромная красная папка с выдавленными из латуни портретами пролетарских вождей, внутри лист мелованной бумаги с красным факсимиле Сталина и невнятной подписью какого-то, почившего в Лете управделами). Сталинская премия – следствие глубокого изучения группой Яворского Прокопьевско-Киселевского угольного района, ставшего основным поставщиком кокса для Кузнецкого металлургического комбината, то есть для обороны. Вспоминают, что именно Яворский заложил шахты «Коксовая» и «Чертинская» – взял и ткнул пальцем в карту-километровку: вот здесь, мол, стволы и бейте. Он же наметил контуры будущего угольного разреза «Красный брод».

Кстати, Яворского с Прокопьевском связывало очень многое. Сильно подружились они с Павлом Михайловичем Елькиным. Бывший горняк, Елькин служил в геологической экспедиции кучером, возил самого начальника на лихих конях. А Яворский, напомню, сам в подземной упряжке ходил, и стали они как бы родней. Позже Яворский назначил своим наследником внука Павла Михайловича – прокопьевского учителя Михаила Георгиевича Елькина, известного краеведе, раскопавшего все окрестные курганы с древними захоронениями и фактически создавшего городской музей. Через Елькина и через кемеровскую музейщицу Оду Николаевну Баронскую архив и библиотека Яворского попали к нам в Кузбасс и сегодня хранятся в специальном музейном фонде.

После Сталинской премии был орден Ленина – им геолога наградили за детальное исследование Южного Кузбасса, за Томусинский район, где он открыл в свое время высококачественные коксующиеся угли и где выросли сегодня города Междуреченск и Мыски. Шахты «Распадская» или имени Ленина, действующие тут разрезы, любой из них, правильнее было бы назвать именем Яворского.

Позже, будучи уже семидесятилетним и отойдя от полевых исследований (а прошел он пешком или по реке, бечевой и сплавом буквально весь Кузбасс, все его горные террасы и речки – от Барзаса до Терси, от Кии до Мрассу и от Ини до Бельсу), Яворский занялся «чистой наукой» – обобщением своих палеонтологических исследований, за которые – уже 80-летним был удостоен лауреатства премии имени Карпинского. И уж в совсем преклонном возрасте, 95 лет от роду, Яворский был награжден званием Героя Социалистического Труда. По-видимому, это старейший Герой в истории Советского Союза.

До последних дней Василий Иванович Яворский сохранял свежесть ума и здравость поступков. Буквально накануне кончины он посылает музейщице Оде Баронской открытки с поздравлениями с праздникам и просьбами высылать вновь вышедшие из печати книги по краеведению Кузбасса. Даже к смерти старый геолог готовился с толком и тщанием. В Горном институте, где он до последних дней числился по кафедре минералогии, у Яворского был кабинет и чуланчик, а в чуланчике стоял большой камень из черного лабрадора – суровый профессор самолично заготовил его себе на будущую могилку и время от времени протирал от пыли. Происходил этот ритуал с угрюмыми шуточками, и все это вкупе с живым классиком отечественной геологии, было институтской гордостью и неисчерпаемым кладезем студенческого острословия.

Похоронили Яворского на Волковом кладбище в Ленинграде. Могила его рядом с могилой Учителя – Лутугина. Пригодился и черный лабрадор. В заключение несколько цитат. «Работы Яворского превратили Кузнецкий бассейн в регион мирового значения» – Ода Николаевна Баронская. «Кузнецкий прогиб Яворский считает уникальным образованием Алтае-Саянской складчатой области, унаследовавшим план кембрийской геосинклинали, распространившейся на огромной территории» – группа авторов академической биографии Яворского. «В. И. Яворский с присущей ему неутомимостью... параллельно с исследованиями в Кузбассе продолжил работы в Донецком бассейне, занимался изучением Канско-Ачинского и Минусинского бассейнов. Он также консультировал разведочные работы в Партизанском и Раздольненском бассейнах, на Ишиме, в районе нынешнего Целинограда» – из некролога в журнале «Советская геология».

О Яворском коллеги говорили, что нет уголка в Кузбассе, где бы не ступала его нога. Это человек, которому мы обязаны свои настоящим – недрами, из которых мы черпаем свое благосостояние. И за счет которых будем жить еще долго.


Строитель Виктор Соколовский 

Еще не закончен спор о том, чем были для России и Советского Союза годы, прошедшие с октября 1917-го. По-видимому, мы не закончим его до тех пор, пока будем смотреть на наше – не такое уж давнее – прошлое исключительно сквозь партийно-идеологический прицел, деля годы и исторические персонажи на «чистых» и «нечистых».

С точки зрения радикального «реформаторства» 70 лет советской власти – потерянное время и, стало быть, лишь в 90-е годы наконец-то осознали, что мы – «сибирское Эльдорадо». То есть, по этой версии, крах Российского государства, начавшийся в октябре семнадцатого, окончился где-то в октябре 1993-го. Однако в тридцатые годы экономисты и политики отчетливо видели индустриальную мощь будущего Кузбасса, и уже в шестидесятые годы Советский Союз (вместе с Кузбассом и в значительной мере при условии его развития), реализовавший планы индустриального расцвета, стал «супердержавой». Кстати, так же далеко видят инициаторы нынешних реформ, как те, кто реформировал страну в тридцатые годы?

Впрочем, мы не намерены участвовать в затянувшемся споре, который ничего не прояснил, а только скрыл истину. Наша цель – не полемика. А также не идеализация, приукрашивание или переписывание фактов. Наша цель – напомнить о незаслуженно забытом и предоставить читателю пищу для исторических размышлений. Сегодня наше напоминание о ВИКТОРЕ СОКОЛОВСКОМ. Материалы найдены и предоставлены для публикации кемеровчанином В.Ф.ЧЕРТКОВЫМ.

Чуть более 65 лет тому назад коллектив Кемеровской ГРЭС телеграфировал 17-му съезду ВКП(б): «31 января в семь часов Кемеровская государственная электроцентраль имени Запсибкрайкома ВКП(б) дала первый ток первого турбогенератора мощностью 24000 киловатт. Пуском Кемеровской электростанции осуществлено одно из основных энергетических звеньев Урало-Кузбасского комбината, пополнивших ряды гигантов этого не имеющего себе равных в мире комбината комбинатов».

Подписали телеграмму начальник строительства Соколовский, секретарь партколлектива Караев и председатель постройкома Иванов.

Через несколько недель, 7 апреля, вышло постановление президиума Кемеровского горсовета: «Обязать завгоркомхозом т.Дудника в трехдневный срок снять все наложенные пломбы на осветительные точки и отдать распоряжение зав. городской электросети не чинить препятствий к присоединению новых осветительных, а также увеличить освещение городских улиц».

Наш областной центр в мгновение ока преобразился. «Виновник» этого – Виктор Соколовский. Кто же он такой?

Московский журналист Е. Кригер так писал о Соколовском в своем очерке («Неделя», номер 28, 1971 год) «Наследники»: «Присмотревшись к его манере говорить и двигаться, к его внешности, приличествовавшей скорее государственным деятелям типа британского премьера Гладстона, к его вельможно рыжей бороде, вы не поверили бы, что в прошлом это неграмотный русский солдат, учивший азбуку в окопах первой мировой войны».

Мы добавим, что в 1931 году этому «вельможе» было всего 35 лет. Родился он в многодетной семье рабочего табачной фабрики в Харькове. Нужда не дала возможности учиться в школе – в 1905 году за участие в забастовках отец был уволен с фабрики и десятилетнему пацану пришлось помогать семье, подрабатывая на жизнь.

Азбуку он действительно освоил самоучкой. Только раньше, до призыва на «империалистическую». И уже в 1910 году стал учеником электромонтера, а затем и монтером харьковской электротехнической конторы.

Кстати, вспомним шутку Зощенко: «Он очень интеллигентный. Он – монтер», – пожалуй, в ней немалая толика правды – человек, который в 1910 году был «на ты» с электричеством, не мог восприниматься простым смертным. Мой знакомый электротехник с более чем сорокалетним стажем работы на Новокемеровской ТЭЦ В.С.Трофимов шутит по-зощенковски: «Мне еще со школы хотелось работать на электростанции, чтобы посмотреть своими глазами, откуда есть и пошла эта «нечистая сила» – электрический ток?»

«Интеллигентный монтер» добровольцем вступил в Красную армию. В 1919 году он член партии большевиков. В том же 1919-м был назначен военно-продовольственным комиссаром Наркомпрода и одновременно руководителем оперативной группы по борьбе с бандитизмом в одном из уездов Харьковской губернии. В начале 20-х Соколовского направляют в Карельскую республику начальником управления внешней торговли при Совнаркоме. По специальным поручениям он выезжает в Германию, Финляндию, Швецию, Норвегию, Данию. В 1926-1927 годах работает торговым представителем СССР в Западном Китае.

И вот новый ответственный государственный пост – строительство крупнейшей электростанции в Кузбассе. Забегая вперед, скажу, что директорствовал он на Кемеровской ГРЭС недолго – в 1935 году его послали на новую стройку. И так до 1954 года, когда Соколовский ушел на пенсию с поста заместителя управляющего всесоюзным трестом «Союзтяжэкскавация».

«Филиппыч», – по-свойски звали Соколовского рабочие. Бывший солдат, травленный немецкими газами, а потом уполномоченный наркома тяжелой промышленности Серго Орджоникидзе, он был неуемно работоспособен. Размах его интересов, масштабность мышления и обширность знаний поражали. Все годы жизни в Кемерове для Соколовского были насыщены до предела. Понятие рабочих часов не имело границ. Каждые сутки были расписаны буквально по минутам. В архиве сохранились пять авиационных билетов на его имя, датированных только сентябрем 1931 года. Он работал и ночью – корпел над схемами и чертежами, вникая в проблемы малознакомой отрасли, – коксохимии или калькулируя проект провоза и переработки Северным морским путем апатитов из Мурманска для переработки их в Кемерове. Он умел и любил делиться своими знаниями. Зал кемеровского Дворца труда всегда был переполнен, когда там выступал Филиппыч с лекцией или докладом. Он писал популярные брошюры и книги, которые расходились нарасхват. И после бессонной ночи, наутро, специалисты и рабочие видели перед собой спокойного, авторитетного, властного, но и доброжелательного командира производства.

Соколовский, повторю еще раз, работал – строил для нашего города электростанцию, которая из уездного Щегловска сделала областной город Кемерово.

Что представляла собой стройка в тридцатом году? Цитата из разрешения, выданного Соколовскому Наркомтяжмашем: «В связи с состоявшимся 28 апреля сего года утверждением Энергоцентром эскизного проекта Кемеровской ГРЭС разрешается вам приступить к работам согласно утвержденному проекту».

Проект «эскизный». Это значит, что нет четкого финансирования, снабжения, нет ни специалистов, ни чертежей. Вдобавок первый вариант выбора места стройплощадки, определенный ленинградским отделением «Энергостроя», оказался непригодным. Соколовский телеграфирует в Москву, Питер тревожные послания, пишет докладные записки в горрайком ВКП (б) и Совет депутатов трудящихся. В конце июля бюро Кузнецкого окружкома и бюро Щегловского горрайкома ВКП(б) утвердили предложение организованной Соколовским комиссии о выборе нового места площадки под строительство ТЭЦ.

Строительство началось 2 сентября 1930 года. В этот день был выписан первый наряд на работы. В это время на площадке находились всего два инженера-строителя, два десятника и 41 рабочий. А к 1 января 1931 года стройка насчитывала более тысячи человек.

В ноябре, 8 числа, была произведена заливка первого бетона в «башмак» фундамента главного корпуса станции. А «30 декабря в 11 часов 28 минут по сибирскому времени было закончено бетонирование 134-го башмака железобетонного фундамента» – это цитата из телеграммы в Москву.

В столице не поверили. Прислали одну за другой три комиссии. Удостоверились: вероятно, впервые за всю историю железобетонных работ в Сибири было проведено бетонирование при 40 градусах мороза. По идее Соколовского.

Как и чем работали эти люди? «Средствами механизации» служили лопаты, тачки, носилки, «грабарки» – конные телеги, приспособленные для перевозки земли. Перед тем как попасть на поверхность из десятиметровой глубины котлована, каждая лопата грунта проходила через руки пяти-шести человек. Мерзлую землю отбивали с помощью клиньев. Бетонирование велось тоже с помощью простейших механизмов – ручных бетономешалок, подъемников, лебедок. Часто бетон доставлялся на место тачками или носилками. Бывало, что таким вот способом бетон поднимали на 50-метровую высоту. Кирпич доставлялся к месту кладки в «козлах» за спиной «козлоноса» – так называлась профессия переносчика кирпича. А основной и универсальный вид транспорта – лошадь. На лошадях вывозили вынутый из котлована грунт, доставляли строительные материалы и оборудование. Хозяина лошади называли «грабарем», учет его работы велся в количестве «возов».

Погрузочно-разгрузочные работы выполнялись вручную, чаще всего после основных смен. Не делалось исключения для управленцев, они работали на стройке по 16-18 часов ежедневно. Ночами длинные цепочки людей, выстроившиеся у вагонов, при свете факелов передавали из рук в руки кирпичи на расстояния в сотни метров. По такому «живому коридору» транспортировались и более тяжелые грузы.

Как они жили? Цитата из воспоминаний очевидца: «Условия быта были чрезвычайно тяжелыми. Жили в палатках, землянках, наспех сколоченных дощатых бараках. Спали на деревянных топчанах, получение кровати считалось наградой за ударный труд. Зачастую негде было просушить одежду – в каждой комнате жило до сорока человек, а печка всего одна».

Что это были за люди? Можно догадаться, что вчерашние крестьяне. Нередко из «раскулаченных». Наверное, особо-то не симпатизировали советской власти? Тогда почему столь неуемной была тяга к знаниям?

Вспоминает сам Соколовский: «К знаниям и технике люди тянулись с необычайной силой. Приходишь иной раз в барак вечером – и будто пчелы гудят. В одном месте измаявшиеся за день парни пишут диктант, с силой зажимая в негнущихся пальцах карандаш, в другом – сидит молодой землекоп и, крепко обхватив голову руками, старается понять деление дробей, а где-нибудь в уголке у свечки пристроилась девушка и что-то по складам шепотом читает».

Не исключено, что читательница по складам разбиралась в брошюрке самого начальника стройки. Эта книжечка называлась «Кемеровская электроцентраль». Она объясняла, зачем эти люди тут, что они делают для страны.

Первый тираж в 8000 экземпляров разошелся за месяц. И это в самом начале 1931 года, когда все население Щегловска составляло 48 тысяч человек. А через пару месяцев, в апреле, Новосибирское отделение государственного издательства выпустило еще 6000 экземпляров второго издания.

Эти книжечки везли из города в окрестные деревни. Они были лучшими агитаторами в пользу индустриализации и, значит, перемен в жизни всей страны. На них откликались все новые и новые парни и девчата, прибывавшие на стройку.

Вскоре Соколовский напишет вторую книжку. Это «Кемеровский энергококсохимический комбинат». В октябре 1931 года она выходит тиражом 15 тысяч экземпляров. До известной степени именно Соколовский, его просветительский и агитационный нажим, решил проблему административного центра Кузбасса в пользу стремительно росшего в ту пору Кемерова, а не в пользу традиционной «южной столицы» – Кузнецка.

Сегодня мы предлагаем уважаемому читателю выдержки из брошюр. Нам представляется, что в них – само дыхание времени. Но не только. В них история Кузнецкого края, написанная самими ее творцами. Прожившими свою жизнь, как Соколовский, в трудах и заботах о державном могуществе. О преумножении этого могущества.

Урало-Кузнецкий комбинат – основа индустриализации Западно-Сибирского края

Бурный рост социалистического строительства коренным образом изменяет экономическую географию Союза советских социалистических республик. На сегодняшний день для нас уже недостаточны те сырьевые базы, из которых мы брали все необходимое для хозяйственной жизни страны как для потребления внутри, так и для экспорта за границу.

Индустриализация Союза требует создания и использования новых сырьевых баз, вокруг которых могли бы с наивысшим экономическим эффектом развертываться новые индустриальные центры страны.

Таким центром должен стать Урало-Кузнецкий комбинат.

ЦК партии 15 мая 1930 г. принял решение, которое затем было подтверждено 16-м партийным съездом, о создании в кратчайший срок второй в стране угольно-металлургической базы – Урало-Кузнецкого комбината...

Значение Кемеровской электоцентрали для индустриализации Кузбасса и всей страны


Из материалов генерального плана развития народного хозяйства Сибирского края видно, что индустриализация его предусматривается на базе широкой электрификации, которая является необходимым условием намеченного использования разнообразных природных богатств края. Планом электрификации проектируется устройство сети мощных районных электроцентралей...

По этому плану проектируется электрифицировать весь Кузбасс постройкой двух мощных районных теплоэлектроцентралей: на севере Кузбасса – в Кемерове и на юге – в Кузнецке.

Первая из них – Кемеровская рассчитана на мощность 560 000 квт и должна строиться в несколько очередей.

Естественно, может возникнуть вопрос, почему место постройки районной электроцентрали выбрано в Кемерове, а не в каком-либо другом пункте Кузбасса.

Постараемся разобраться в этом вопросе. Мы уже говорили, какое огромное значение имеют для индустриализации мощные месторождения углей – этого главного вида топлива в промышленности.

Там, где имеется каменный уголь, возникают заводы, фабрики, а последние нуждаются в электрической энергии.

Где же имеется в Кузбассе уголь? На этот вопрос нам дают ответы геологи... По величине выявленных запасов (группы геолкома А и В) первое место занимает Кемеровский район, а по величине вероятных запасов (группа С) обращает на себя Прокопьевский район...

Спрашивается, почему же выбран для постройки электроцентрали первый район?

Кемерово расположен на берегу большой реки Томи с вполне достаточным количеством воды и угольными рудниками правого и левого берегов, со значительными выявленными в них запасами углей.

Если принять во внимание и третий фактор, что развитие промышленности в Кузбассе определяется расположением уже работающих и строящихся промышленных предприятий, то Кемерово приобретает еще один существенный плюс. В нем расположены три коксовые батареи и химический коксобензольный завод, которые, при окончании постройки новой, четвертой коксовой батареи производительностью 415 тыс. тонн и обогатительной фабрики, дадут энергетические отбросы: коксовые газы, коксовая мелочь и шламы.

Попутно можно отметить, что произведенные в свое время детальные технико-экономические исследования сибирскими хозяйственными организациями и отдельными экономистами говорили о том, что постройка мощной коксовой батареи более рентабельна именно в Кемерове, а не в конкурирующем с ним Кузнецке.

Итак, наличие в Кемерове угольных копей, воды и отбросов коксохимического производства обуславливает получение дешевой электрической энергии и технологического пара для нужд производства, а следовательно, и дешевой продукции промышленности Кемеровского района. Сюда включается не только существующий коксохимический комбинат, но и проектируемый здесь туковый комбинат, электролитный цинковый и свинцовый заводы, а также и район Ленинска, Белова, Гурьевска – на юге и район Барзаса, Анжеро-Судженский, Яшкинский заводы и г.Томск – на севере...

Проектируемое соединение Кемерова через Барзас с Сибирской магистралью у станции Анжерка и намеченное продолжение этой линии вдоль берега Томи на Ерунаково и Кузнецк, при наличии ветки Кемерово – Топки, создает для Кемерова положение узлового железнодорожного центра, что еще более подкрепляет правильность решения о создании здесь энергохимического и угольно-металлургического центра. Кемеровская районная ТЭЦ будет источником, во-первых, дешевой электрической энергии на местном топливе и отбросах комбината и, во-вторых, теплоносителей: технологического пара для нужд местных заводов и горячей воды для нужд районного отопления заводов, поселков и коммунальных предприятий.

Кемерово, как известно, расположен в северной части Кузнецкого каменноугольного бассейна, на берегу реки Томи. Его географическое положение относительно основных центров Западно-Сибирского края определяется: 200 километрами воздушного пути к востоку от Новосибирска (250 километров по железной дороге), 130 километрами воздушного пути к югу от Томска и 205 километрами воздушного пути к северу от Кузнецка.

Этот громадный треугольник и будет ареной действия районной электроцентрали при полном ее развитии.

г. Кемерово

Прокомментировать
Необходимо авторизоваться или зарегистрироваться для участия в дискуссии.