Адрес редакции:
650000, г. Кемерово,
Советский проспект, 40.
ГУК КО "Кузбасский центр искусств"
Телефон: (3842) 36-85-14
e-mail: Этот адрес электронной почты защищен от спам-ботов. У вас должен быть включен JavaScript для просмотра.

Журнал писателей России "Огни КУзбасса" выходит благодаря поддержке Администрации Кемеровской области, Администрации города Кемерово,
ЗАО "Стройсервис",
ОАО "Кемсоцинбанк"

и издательства «Кузбассвузиздат»


Виталий Молчанов. Родники моей печали

Рейтинг:   / 2
ПлохоОтлично 
Нагой*         
1.
Весна-дворняга солнечным оскалом
Зиме грозила: «Береги бока!»
Пригожий лик под ледяным забралом
Таить устала стольная река,
 
И лопнула морозная тесёмка.
Шлем по теченью сбросив за спиной,
Приподнялась Москва. С утра позёмка
Котлы проталин сдобрила крупой,
Над варевом холодным покружилась
И сникла у Варваринских ворот.
Сдаваться к воеводе шёл на милость
Стрелец помятый, выпятив живот
 
И вздёрнув к небу бородёнку злую.
Нещадно сабля била по бедру:
«Посеял берендейку, закукуют
Обратно в Тверь... Рассола бы нутру…»
 
Стряхнув с обувки ладной комья грязи,
Торговый люд растёкся по рядам.
Мостки скрипели: нёс корзины Власий,
Тюки – Емеля, осетров – Богдан.
 
Материя разложена по штукам,
Бери любую – не жадись, плати.
Моченья и соленья, связки лука,
Бочонки мёда, пирогов ломти…
 
Глаз маслится от снеди изобильной!
Весна-дворняга, изойдя слюной,
На жарких лапах кралась мимо мыльни
С окошками из плёнки слюдяной.
 
2.
Дверь – нараспашку, ноздри дразнит запах
Замоченных в кадушке пряных трав. 
Случайный разговор о тайных знаках
Подобен пару – сути не вобрав, 
 
Легко клубится, проникает в сени,
На улицу с берёзовым теплом.
Ярыга лечит веничком колени
И ведает собрату о былом:
 
 – Как помню, прошлогоднего июля
Окрест стояли добрые деньки.
Паломники чрез мост перемахнули
И подались к иконе напрямки.
 
Всяк нёс с собой хворобину, болячку,
Моление за ближнего в нужде.
С ворот спустили Божью Матерь в качке
И вознесли в шалаш из трёх жердей.
 
Вокруг толпы природа благолепнa:
Щебечут птахи, ясен Божий свет … 
Как Феникс, восстающий вновь из пепла,
Нагой Василий вышел, тощ и сед.
 
В глазах его горел нездешний пламень.
Взмахнул рукой – так бьёт одним из крыл
Орёл врагов – с коротким свистом камень 
Икону чудотворную сразил!
 
Трепали кощуна Богдан и Власий,
Емеля помогал – ударь да пни.
Старик хрипел: «Помилуй, Христе Спасе…
С ея ты краски слой отколупни!..»
 
3.
Не люди, а мятущееся стадо 
Ярились – кто ж им вставит удила:
 – Нагого вусмерть измохратить надо,
Бить образа – бесовские дела!
 
Стрельцы ватагой мчались на подмогу.
Один с козлиной, вострой бородой
Икону подхватил и краски кроху
Поддел ногтём, открыв начальный слой.
 
Взлетело вороньё со всей округи – 
Загнал их в небо заполошный крик:
«Нечистая икона, братцы, други,
Под матерью с младенцем – адский лик!»
 
Молились Сатане мы…»  Трижды битый,
Нагой был поднят сворой палачей:
Чернее смоли впалые ланиты,
Ручьями кровь текла с его плечей.
 
Меж Верой и безверьем – мрак и пропасть.
Не тайный знак, а истина жила 
В Юродивом, невиданная кротость
Из глаз его на грешных снизошла
 
И осветила лаской Божьей лица.  – 
– Ярыга смолк и ковш поднёс к устам.
Окликнула стрельца отроковица:
«Нашлась пропажа, сей же час отдам!»
 
На ледоход весна глядела с кручи – 
Тяжёлый бег огромных белых плах.
Потом с небес хвостом смахнула тучи,
И вспыхнули кресты на куполах.
______________________________________
* Василий Блаженный
 
 С победой шли домой богатыри
 
 С победой шли домой богатыри, 
 Воздав врагу сполна в кровавой сече. 
 Как верный пёс, лизало солнце плечи, 
 Чтоб раны чудотворно заросли, 
 Зарубцевавшись в памяти навечно. 
 И расстилалась степь рекою млечной, 
 И тучи мимо киселём текли. 
 
 С победой шли домой богатыри. 
 Седой Баян резные гладил гусли —
 Звенели струны, cтруги жались в устье,
 На пир горой купцы дары везли. 
 Котлы дымились, предлагая снеди. 
 И, на плетень закинув руки-плети, 
 Глядела мать на пыльный столб вдали. 
 
 С победой шли домой богатыри. 
 К хлебам солонки ладили невесты, 
 А на пригорке, что лежит одесно 
 У стен детинца, дети-снегири, 
 Разгладив кумачовые рубашки, 
 Толпились тесно. Пенные баклажки 
 Отцы из погребов на свет несли. 
 
 С победой шли домой богатыри. 
 Бренчали брони, заглушая топот. 
 «Ты жив ли, милый?» — уст горячий шёпот. 
 Баян завёл протяжно: «Гой-еси…» 
 … Раздался посвист ханский, соловьиный. 
 Разбойная взлетела в небо сила 
 И пала игом на хребет Руси… 
 
 С победой шли домой богатыри 
 В свои степные дымные улусы, 
 Мир покорив, где храбрецы и трусы 
 Влачили гнёт века под свист камчи. 
 Но пел Баян — слепой и вдохновенный — 
 Cвободным словом прожигая вены, 
 И Муромцы вставали в бой с печи!
 
Где леса...
 
 Где леса уходят в дали шагом раненных зверей,
 Родники моей печали бьют в корнях останков-пней,
 Проливают слезы горя, затуманив кольца лет,
 И — по гальке: «Воля, воля — есть ли, нет ли, есть ли, нет?»
 
 Где соломенные крыши блекнут быстро от дождей,
 Чернозёма ноздри дышат паром потных лошадей,
 Плуг, не меч, вписал в анналы правду болью в борозде:
 «Дань, пузатые чувалы, князю вновь везти орде».
 
 Где вбирает лак иконы свеч горящих непокой,
 Князь Донской порвать оковы клялся, крест творя рукой,
 Под которой сбились рати русских пахотных земель.
 Меч, не плуг, грозился: «Татей ждет кровавая купель!»
 
 Где покрыты щёки поля первым пухом вешних трав,
 Пели стрелы: «Воля! Воля!» — заглушая гром булав,
 Лязг клинков, треск ломких копий. Дмитрий-князь поднял полки,
 И хоругвь погнала в топи, в реку, в дебри бунчуки.
 
 Где леса уходят в дали шагом раненных зверей,
 Родники моей печали плещут память славных дней. 
 Как вопросы убиенных, струи бьют, ища ответ,
 Гальку точат: «Княже, верно, ныне Воля... или нет?»
Прокомментировать
Необходимо авторизоваться или зарегистрироваться для участия в дискуссии.